Сможет ли ЮКОС взыскать с России 50 миллиардов?

27.03.2020 0 Редакция nikolaiilcenco

Апелляционный суд Гааги 18 февраля обязал Россию выплатить $50 млрд по иску бывших акционеров ЮКОСа. Суд удовлетворил жалобу компаний Hulley Enterprises Ltd., Yukos Universal Ltd., и Veteran Petroleum Ltd. на промежуточное решение Окружного суда Гааги, который, в свою очередь, в апреле 2016 г. отменил решение Гаагского международного арбитража 2014 г. о взыскании с России этой суммы в их пользу.

По словам бывшего совладельца ЮКОСа Леонида Невзлина, Россия, с учетом штрафов и процентов должна уже $55 млрд. Однако, одно дело выиграть суд, и совсем другое — по факту получить деньги, поскольку Россия долг не признает, и добровольно исполнять решение Апелляционного суда Гааги не собирается. Это означает, что для взыскания долга существует один путь – поиск и арест заграничного имущества РФ. К тому же решение суда не окончательное, и Россия вправе оспорить его в Верховном суде Нидерландов, что, безусловно и сделает.  Таким образом, речь пока идет об очень предварительных прикидках: сможет ли ЮКОС, даже добившись окончательного решения в свою пользу, что-то взыскать с России, начав охоту за её имуществом? Очевидно, для этого нужно, как минимум, отыскать имущество, находящееся за границей России и принадлежащее российскому государству.

Так что же ЮКОС может конфисковать у России?

Самое очевидное, что приходит в голову, это активы «Газпрома» и «Роснефти». Но на имущество акционерных обществ арест наложить не удастся, даже если они частично принадлежат Российской Федерации –именно потому, что это ставит под удар других владельцев акций. По крайней мере, это невозможно до тех пор, пока не будет доказано – и закреплено судебным решением, что такое АО является «инструментом государства».

Также, от взыскания защищена собственность государства, которая используется в публичных целях, то есть арестовать имущества посольств и счета МИД РФ не тоже удастся. Арестованы могут быть только государственные унитарные предприятия (ГУП, ФГУП и т.д), то есть, предприятия, имущество которых целиком принадлежит РФ.

Общая стоимость таких российских активов за рубежом явно не дотягивает до суммы $50 млрд. Деньги или собственность, которые можно было бы забрать у России в счет погашения этой задолженности, сравнительно невелики. К тому же, такие активы, или банковские счета, не снабжены табличкой «собственность Российской Федерации» — напротив, этот факт обычно не афишируется. Иными словами, даже то, что, в принципе, можно конфисковать, нужно, во-первых, найти, а во-вторых, быстро добиться ареста найденного, пока оно в спешном порядке не сменило владельца, став неуязвимым для иска ЮКОСа.

Единственный способ дотянуться до российских активов — взять эти деньги из экспортной индустрии. То есть из доходов, получаемых от продажи тех или иных продуктов, чаще всего сырья — нефти, металлов, леса, которые Россия экспортирует за рубеж.

Но, чтобы обеспечить реализацию такого решения судов — а в дело будут вовлечены суды сразу в нескольких европейских странах, и в США, ЮКОСу нужно поймать транзакцию, предназначенную именно российским госструктурам. А это сложно, поскольку купля-продажа сырья, как правило, производится через цепочку фирм-посредников, причем, деньги уходят не поставщику, а куда-то в сторону, по сложной цепочке взаимных расчетов.  К тому же, после решения 2014 года, Россия попыталась по максимуму защитить свои активы, которые находились в зоне риска, переоформив их на физических и юридических лиц, формально не связанных с государством, акционировав эти активы, и т.п.

Наконец, в теории есть возможность перехватить в момент уплаты долг, который третья сторона должна России – не частным фирмам, а именно государству. Но и это почти невозможно. Во-первых, такие платежи – редкость, и их еще необходимо найти, после чего юристам нужно очень оперативно, пока деньги не ушли из юрисдикции страны обращения, подать иск в суд соответствующей страны с ходатайством об аресте спорной суммы,на время разбирательства, а затем, в случае успеха, добиться исполнения решения в свою пользу. Поймать подходящий момент крайне сложно, отработать все действия оперативно – еще сложнее, к тому же законодательства разных стран существенно различаются в вопросах о том, какое имущество обладает иммунитетом, а какое нет.

Наконец, существует – опять же, в теории, — возможность ареста средств, вложенных Россией в американские правительственные облигации, так называемые treasuries. Даже с учетом недавнего масштабного вывода средств из этих ценных бумаг Российский Центробанк до сих пор держит в них около $65 млрд. Есть еще бонды Deutsche Bank и британские gilds. Основной вопрос для суда в этом случае – является ли вложение средств суверенным актом государства или коммерческим предприятием. К примеру, в Великобритании и Франции подобные вложения обладают иммунитетом.

Каковы же шансы ЮКОСа взыскать долг с России?

По сути, даже если дело будет окончательно выиграно, ЮКОС ждут десятилетия судебных процессов по изъятию небольших активов, принадлежащих РФ, таких как корабли, самолёты, и т.д., сопряженных к тому же с большими судебными расходами. Даже в случае выигрыша дела полученный приз будет не особо ликвиден. Маловероятно, что ЮКОС станет начинать судебные тяжбы для отчуждения активов «Газпрома» и «Роснефти», опираясь на утверждения о том, что они являются «инструментами государства». Да, они являются таковыми – но одно дело знать, и совсем другое – добиться судебного решения на этот счет. Такой процесс также затянется на десятилетия, и повлечет за собой немалые судебные издержки.

Проблем добавляет и то, что прецедентов взыскания долгов с РФ не так уж и много, в отличии от прецедентов, когда суд той или иной страны отказывал в отчуждении имущества РФ. Взять хотя бы историю швейцарской фирмы Noga. Компания поставляла продукты и удобрения в Россию, и выдала властям еще советской РСФСР многомилионные кредиты. В 1993 году российское правительство расторгло договор. В этом же году Noga, воспользовавшись пунктом об отказе от «суверенного иммунитета», согласно которым Россия обязалась отвечать за выполнение контрактов всем своим имуществом, обратилась в люксембургский суд, оценив неустойку в $300 млн.

Компания выиграла дело, в результате чего был наложен арест на активы российского правительства, Банка России, Внешэкономбанка, Внешторгбанка и внешнеторговых объединений, находившиеся в этой стране. Всего под арестом оказалось $600 млн. Но российской стороне удалось опротестовать приговор и арест был снят.

В 1993—1994 годах Noga уступила право взыскания долга с России своим кредиторам, четырём швейцарским банкам, что оказалось хорошей идеей, так как в итоге через посредников Минфин РФ выкупил часть долговых обязательств на сумму 70 миллионов долларов.

В 1997 году Noga обратилась в стокгольмский арбитраж с иском на $1,5 млрд и выиграла дело, правда по решению суда Россия оказалась должна только $63 млн.

За этим последовали почти 10 лет попыток добиться от Москвы выплаты присужденных компенсаций. Они прославили Noga арестом российского парусника «Седов» и двух истребителей, блокированием счетов банка ВТБ и информационного агентства РИА Новости, а также арестом коллекции Пушкинского музея. Ни в одном из случаев добиться отчуждения счетов или имущества Noga не удалось, несмотря на отказ России от «суверенного иммунитета».

В принципе, история фирмы Nogaмогла бы показать, что с Россией судиться бесполезно – но на определённом этапе РФ попыталась договориться с руководством фирмы. В 2002 году власти России предложили Noga списать 30 % долга и реструктурировать оставшуюся часть задолженности, пообещав взамен выплаты в 2010 и 2030 годах. Руководство Noga оказалось от сделки, что в итоге привело к банкротству фирмы.

Более успешными оказались тяжбы, которые вел с Россией немец Франц Зедельмейер. По сути, Зедельмейер — пока единственный, кому удалось исполнить решение о компенсациях со стороны России на практике.

Бизнесмен из ФРГ сотрудничал с Россией с конца 1980-х, консультировал милицию и исполнял контракты на поставку спецоборудования для ГУВД Петербурга. Но в 1994-м году у Зедельмейера отобрали собственность на Каменном острове Петербурга.

В 1998 году немец выиграл дело о компенсациях на 2,3 млн долларов в Стокгольмском арбитраже. Как и в случае с Noga, Россия платить отказалась. Тогда бизнесмен начал искать российское имущество, которое можно было бы арестовать.

В 2003-м Зедельмейер установил, что Россия владеет жилым комплексом в Кельне. Было начато дело о конфискации этих зданий в качестве компенсации, и в 2006-м суд решил в пользу истца. В 2008-м дома были выставлены на продажу, и России пришлось выкупать их обратно. В итоге Зедельмейер получил 1 млн евро.

Но с процентами по неисполненным решениям сумма компенсации к тому моменту перевалила за четыре миллиона евро, и Зедельмейер продолжил поиски.

«Все просто. Надо много копать. Самое простое – недвижимость. Но это могут быть и деньги третьих сторон, которым должна Россия. Ценные бумаги и счета – все зависит от конкретного дела. В своих разбирательствах я в основном брал простые цели, за трудные дела не брался», — рассказал Зедельмейер в интервью ВВС.

Ещё одним успехом Зедельмейера стало здание, в котором размещалось торговое представительство России в Стокгольме. Несмотря на протесты Москвы, шведский суд решил, что государственный иммунитет не распространяется на эту недвижимость. В феврале 2014 года здание было продано за 2,3 млн. евро.

Зедельмейер говорит, что, пока каждое из решений обрастает процентами за отказ российской стороны от оплаты судебных издержек, отказываться от такой возможности заработать он не собирается. После 20 лет разбирательств суммы, которые получил немец, в несколько раз превосходят размер первоначальной компенсации.

Оптимальным вариантом для ЮКОСа была бы продажа права на взыскание долга с РФ, но из-за сложности взыскания такой суммы, вряд ли будет много желающих его приобрести.

Более затратный и длительный вариант — последовать примеру фирмы Noga, и Зедельмейера и потихоньку выискивать небольшие активы, долг это конечно не покроет, но может подтолкнуть РФ к переговорам.

К слову, $55млрд это не единственный долг РФ перед ЮКОСом, Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) в июле 2014 года вынес решение по выплате акционерам ЮКОС $1,86 млрд. Но этот долг, скорее всего, взыскать не удастся, поскольку не существует механизма принудительного исполнения решений ЕСПЧ. Платить или не платить по искам ЕСПЧ дело добровольное, страны которым небезразлична их международная репутация обычно платят, Россия – нет.

Николай Ильченко

 

 


Поделиться статьей:

                               

Подписаться на новости:




В тему: