Почему не стоит бороться с валютным курсом?

newf1. Сам по себе курс национальной валюты — это термометр, измеряющий состояние отечественной экономики. Грубо говоря, если валюта быстро дешевеет — это лихорадка, а если слишком дорожает — анемия. Впрочем, возможны и иные сравнения, поскольку быстрое удорожание национальной валюты (такое имело место, к примеру весной-летом 2008 года) иногда тоже оценивают как «перегрев». В данном случае, впрочем, имелась в виду доступность кредитования под оптовые импортные поставки, обессмысливавшая национальное производство чего угодно. В любом случае, это причина — и смысл как раз и состоит в том, что необходимо бороться с причинами болезни, а не ее симптомами.

dsdsdsdsd

2. Казалось бы, удешевление гривны в два раза должно было придать импульс национальному производителю, ведь импортные товары утрачивают конкурентоспособность, по меньшей мере, по показателю цены. Почему же этого не происходит — как в 1998 году? Вернее, что-то похожее происходит в нашем АПК, но не более того. Объяснение, скажу сразу — не является простым. Шестнадцать лет назад шок московского кризиса стимулировал украинские предприятия (а общее состояние экономики и без этого шло к стабилизации, что позволило летом-осенью 1996 года ввести новую валюту, провести убедительную деноминацию — благодаря тому, что проводились рыночные реформы) сменить вектор экспорта, начать освоение внутреннего рынка. Этот процесс шел в комплексе — благодаря растущим запросам Китая и всей ЮВ Азии, начала восстанавливаться конъюнктура цен на сталь (и потянула за собой ряд отраслей). Кроме того, правительство сделало шаги навстречу самозанятым, малому и среднему бизнесу. В последний день временных декретных полномочий, руководствуясь логикой избирательной кампании, летом 1999 года президент Кучма подписал пакет революционных документов, в частности, об упрощенной системе налогообложения. Иными словами, отчасти везение, отчасти работа, принятие оптимальных решений (а так всегда бывает в историях успеха). Началась загрузка простаивавших мощностей. И в 2000—2008 гг. Украина пережила бурную эпоху роста (при падении темпов в 2005 и 2008 гг., по субъективным политическим причинам, впрочем, в 2008 г. существовало и определенное внешнее негативное давление).

Здесь же важно понять, почему в 2009 году девальвация (опять таки, почти в два раза) гривны — не сработала так, как сработала за десять лет до этого — важно понять потому, что сейчас мы сталкиваемся с тем же комплексом причин, усугубленным войной и энергетическим шантажом. Дело в том, что в 2005—2008 гг. политика накачивания внешнего — как государственного, так и корпоративного долга — в условиях вступления в ВТО, раздувание расходной части бюджета (частью в силу сомнительных сделок в энергетике, частью в силу легкомысленного популизма), все большая доступность кредитования импорта товаров — этот комплекс тенденций уничтожал национального производителя. К примеру, автор этих строк хорошо помнит, как «вдруг» оказалось, что кабель, оборудование для строительства локальных сетей, даже примитивная продукция, такая как алюминивые шкафы для оборудования — полностью оказались за пределами возможностей национального производства. Этот сегмент оказался быстро занят фирмами из Китая, Польши и стран Юго-Восточной Азии. Сегодня — в 2013 году мы, оказывается, не можем сделать приличную кровать, а ввозим кровати из...Индонезии. При этом я отнюдь не призываю к протекционизму — в современных условиях, если в стране нет тоталитарного режима, протекционизм практически бессмыслен. В таком случае, как нам покончить с экономическим спадом?

73ca0e9a7fb3dff3b7c47e399aeba3b8

3. С одной стороны, это, конечно, «вопрос на миллион долларов» (или на несколько миллиардов, учитывая размер наших долгов и объем наших резервов!). С другой стороны, интуитивно все, кто интересуется вопросами экономики — знают ответ на этот вопрос. Есть еще третья сторона — здесь и марксизм пригодится — «классовая ограниченность», только сегодня речь о борьбе здоровой буржуазии с морально нездоровой «аристократией», в привычных нам терминах, союзом олигархии и высшего чиновничества. Четвертая сторона — это ожидания. Если бы мы начали лечение — и терапевтическое, и хирургическое — нашей хозяйственной системы прямо сейчас, ни завтра, ни послезавтра мы бы не почувствовали «системных» изменений. О вызовах и трудностях реформ написаны тома — у нас, в Украине, были и неудачные, и удачные реформы. Мы в этом деле далеко не новички, и никакой панацеи, которая подходила бы всем — не существует, и нельзя нанять гения, который за нас все сделает по краткосрочному контракту. Тем не менее, все же есть простые принципы или правила, следование которым способствует выздоровлению — вы же не будете, имея слабые легкие, бегать в декабре босым по лужам?

а) волевое решение о том, что со дня Х меняются отношения между бизнесом и государством (это не касается государственных преступников, разумеется). Иными словами, условно — все, что было до 1 января 2015 года, «было и сплыло», сейчас мы утвердим некую новую систему налогообложения и начинаем с «чистого листа» (ведь миллионам пришлось выпасть из легального пространства из-за нараставшего ограбления страны беглым экс-президентом), более того, законом обязываемся не менять ее десять-двадцать лет (то есть, по сути, сроком на поколение). Второе, кстати, всегда привлекает внимание инвестиционных фондов.

б) новая система должна быть максимально простой — перед глазами, к примеру, Грузия и Казахстан. Я бы хотел, в этом контексте, обратить внимание и на Молдову, в которой оба последних года наблюдается существенный рост, валюта более-менее стабильна, а средняя зарплата обогнала нашу. Не правда ли, интересно — почему? Выскажусь осторожно — мне кажется, в Кишиневе хотя бы не делали явных ошибок.

 

1360587366
в) У нас государственные расходы от ВВП — более 50%. В основном, это средства, расходуемые — упрощая — на содержание бюрократии. Формально выглядит так, как будто эти деньги идут на «бюджетников», но это совсем не так. А извне этот показатель кажется безумным — как будто у нас тут скандинавское государство (да и там ужали социализм в последние годы, и без особых потерь для, собственно, социума — скорее, наоборот). Государственные расходы необходимо снизить в два раза. Это может происходить запланировано и продуктивно, а может — стихийно и деградативно, после дефолта (а если мы будем продолжать в том же духе, то он, увы, неизбежен). Как избежать при этом снижения зарплат обычных сотрудников бюджетных секторов — вопрос для тех редких специалистов, которые разбираются в хитросплетениях бюджетной системы Украины.

г) Вечная тема — борьба с коррупцией. И здесь, вновь, необходима другая постановка вопроса — ликвидировать необходимо причины злоупотреблений. А это — расплывчатость полномочий (vague law), некомпетентность, торговля должностями, некомпетентность, зарегулированность (как пишут в психологических тестах — добавьте свой вариант). Мое личное мнение — надо комплектовать госслужбу по контракту.

Перейти к этой системе не так просто — ведь кто-то должен работать в промежутке. А те, кто будет работать в промежутке — постараются законсервировать «переходной период». Это так называемая «институциональная ловушка». Чтобы понять, как работает бюрократия в периоды экономического упадка и кризиса морали верхов — надо прочесть «Да, господин министр!» (Э.Джей, Дж.Линн, в русском переводе — 1989 г.), или посмотреть одноименный сериал. Из любого искреннего реформатора опытные чиновники быстро сделают идиота. Бюрократия — огромная сила, не следует ее недооценивать, а сломать ей хребет — экзамен для героев.

209784-2009.12.30-02.40.32-popa_thumb[1]

д) В Украине до сих пор — очень странная миграционная политика. Она построена так, как будто мы живем в Швейцарии или в США. А ведь одна из очевидных линий успеха стратегии развития — это создание «водоворота», «котла», «узла», куда стремятся рукастые и головастые, разделяющие наши ценности. Эпос нашей Революции впечатлил многих. Они хотели бы присоединиться к украинцам в их сложном путешествии с Периферии в Глобосферу и влиться в нашу свободолюбивую культуру. Но, казенный закон и его ограниченные исполнители — максимально сужают приток этого ресурса (и он уходит в Балтию и на Балканы). Увы. А ведь именно благодаря открытости --после своей Революции — Нидерланды на несколько десятилетий превратились в подлинный центр мира...

В заключение следует сказать вот о чем.

Курс гривны продолжит нас раздражать ровно столько, сколько экономика продолжит хворать, а не лечиться.

Говорить об одном и том же чуть ли не ежедневно — надоедает. Будут действия в пользу свободы — будет и стабилизация.

Будет цель «наполнить бюджет» — тенизация продолжит нарастать, а сфера применения национальной валюты — сокращаться.

Возобладает здравый смысл — тогда новый бум не за горами. Победят сиюминутность и популизм — страна продолжит саморазрушение.

Третьего — не дано.

Max Mikhaylenko

Поделиться:

В тему:

,

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Яндекс.Метрика UkrNET - поисково-информационный ресурс