Союз добровольцев Донбасса из нового спецпроекта Банды Донбасса

Союз добровольцев Донбасса из нового спецпроекта Банды Донбасса

По словам аналитика Марии Кучеренко, несмотря на примирительную риторику, доминирующую сегодня в украинском медиа-поле, война никуда не исчезала и не исчезает. LB.ua начинает спецпроект о ее творцах: российских кураторах оккупированных территорий востока Украины, подконтрольных им объединениях и организациях. Мы также попробуем проанализировать популярные мифы вокруг перспектив реинтеграции и опытов других стран, проходивших через войну и оккупацию их территорий.

Мнимые добровольцы и «границы России»

В своем недавнем нашумевшем интервью уже бывший спецпредстаивтель ОБСЕ в ТКГ Мартин Сайдик сделал заявление о том, что внутриполитический фактор в урегулировании значим не только для украинской стороны, но и для российской. Раскрывая свою мысль, он напомнил о съезде «Союза добровольцев Донбасса» (СДД), проведенном сразу после нормандской встречи, на котором присутствовал и куратор политической составляющей функционирования ОРДЛО — Владислав Сурков.

В своей попытке быть объективным Сайдик задается вопросом: каким фактором в российской политике являются эти «добровольцы»?

Данные, которые были преданы гласности во время последнего «съезда» данной ОПГ, позволяют говорить, что это явно и внешне- и внутриполитический фактор в политике РФ: 14 тысяч участников (по словам Андрея Пинчука, исполнительного директора СДД), 49 отделений организации, публикации комментариев Бородая в ТАСС по итогу мероприятия — это проявления, которых не могло бы быть в РФ без одобрения свыше.

Но при этом тот же А. Пинчук утверждал, что СДД не является внутрироссийской силой, а деятельность данного формирования направлена исключительно вовне. Он таким образом по сути транслировал старый путинский тезис о «границах России», которые «нигде не заканчиваются». Повторялись мнимо благородные утверждения о том, что за свое служение российским интересам эти «представители российского возрождения» не должны ожидать наград и денег. При этом Пинчук заявил о намерении принимать участие в местных выборах в том или ином качестве.

Еще дальше в своих откровениях пошел сам номинальный «председатель правления СДД» Александр Бородай: по его словам, «Союз добровольцев Донбасса» только пока не является политической партией, и его члены никогда не хотели становиться внутриполитической силой в России, но «ситуация складывается так, что мы в результате все равно оказываемся субъектами политики».

Сурков посетил заседание Союза добровольцев Донбасса в 2019

Подобная риторика — рассказы о том, что границы России будут там, где очередному «русскому ратнику» оторвет конечности — свойственны не только представителям СДД: почти аналогичный текст пересказывали и наемники так называемого «батальона Прилепина», и представители так называемой ЧВК Вагнера.

Начало легенды

Но что же является кардинальным отличием представителей СДД от остальных парамилитарных формирований и ЧВК?

Ответ предельно прост и сложен одновременно: СДД в своей пропагандистской доктрине усваивали формулировки и друзей, и новых врагов — с тем, чтобы обратить их на пользу отстаиваемой «легенде».

Вполне рациональным было бы искать корни истории о «русском добровольческом движении» не в средневековых эпосах, на которые то и дело ссылаются особо экзальтированные участники СДД, а в истории «заклятого друга» Александра Бородая — Игоря Гиркина.

Гиркин (также известный как Стрелков) и Бородай в Донецке, 10 июля, 2014 года.

Его боснийский наемнический опыт 90-х породил множество смысловых витков в легенде о «русском добровольческом движении». Опираясь на историю Игоря Гиркина во время Боснийской войны, опубликованную в «Боснийском дневнике Игоря Г.» (мемуары о службе будущего «министра обороны ДНР» в составе Второго русского добровольческого отряда), реанимируя историю так называемых «Русских добровольческих отрядов» в Боснии, и было создано представительство «Союза добровольцев Донбасса» на Балканах.

От имени этого объединения публично выступает Виктор Заплатин, чьи мемуары о Боснийской войне обнажают достаточно неудобную правду о деятельности русских «добровольцев» в этой балканской стране в 90-е: служение «идеалам русской военной доблести» не было таким уж бескорыстным — за свои труды представители третьего «Русского добровольческого отряда», где в 90-е и был вербовщиком Заплатин, получали средства от Вишеградской общины.

Именно Вишеград, город в Республике Сербской, по сей день остается точкой, вокруг которой формируется весь миф о русском добровольчестве — даже в 2019 году в Вишеграде проходили мероприятия, призванные напомнить о погибших российских наемниках, которые якобы сражались за «дело сербства, а значит и России в Республике Сербской». Хотя, на деле многие из них были своего рода «военными туристами», и классическими «солдатами удачи», для которых перемещение между горячими точками — это образ жизни, который никак не продиктован некими высокими геополитическими рвениями, или особыми симпатиями к Сербии или сербскому народу.

Но все это — очередные манипуляции людей Суркова с текстом и интертекстом , пускай и за авторством давно уже бывших друзей.
И все же: где за всем этим люди?

Где обещанный девизом СДД подход — «за други своя»?

В официальном сообщении о съезде СДД, опубликованном в ТАСС, Бородай говорит о том, что «вылечено 354 раненых, 141 человек получили психологическую помощь, 343 добровольцам оказана помощь медикаментами» (…) Кроме того, 80 человек получили необходимое протезирование«. Помимо этого, политтехнолог, близкий к Суркову, заявил о том, что только в ноябре прошлого года на родину удалось вернуть тела четырех «добровольцев».

Но если мы сопоставим ту численность, которую заявили Бородай и Пинчук, с результатами деятельности «Союза…», направленной на помощь так называемым «добровольцам», то увидим, что порядок цифр серьезно отличается. И вряд ли такой разрыв обусловлен уникальной подготовкой российских наемников. Скорее, речь идет о реальном принципе «ихтамнет», вместо красиво декларируемого.

Кроме того, прежние опыты участия СДД в возвращении тел «добровольцев» на родину доказывают: счастье быть похороненными на родине при посредничестве инспирированного Сурковым объединения выпадает далеко не всем «павшим за дело русского мира», а только тем, чья смерть имеет шанс стать серьезным политическим высказыванием. Примером может послужить случай умершего в СИЗО российского наемника Валерия Иванова. Тогда СДД развили небывалую медийную активность вокруг транспортировки тела «замученного украинской хунтой» наемника домой — в Архангельскую область, Северодвинск.

Боевик Валерий Иванов

<>При этом в СДД не задаются такими сложными вопросами, как объяснение того факта, как человек, проживавший за 2000 км от Луганской области (где и был задержан), мог защищать там «границы своей родины».

Во главу всех действий бандформирования, созданного Сурковым, поставлен текст. И у этого текста своя логика: ее основу составляет не логика и уж тем более не гуманизм или его отдаленное подобие.

Главное — метафора, воздействующая на эмоциональную составляющую. А метафоры, как известно, в объяснениях не нуждаются.
Но с этим можно и нужно спорить.

И именно поэтому следующие части нашего исследования будут посвящены текстам, которые производят сами «добровольцы Донбасса».

Продолжение следует…

Источник: lb.ua.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.