Российские тролли сдают Пригожина. Доширак закончился

25.01.2021 0 Редакция NS.Writer

«Поначалу, когда я туда попал, я не совсем поверил, что это вообще реально. У меня был своеобразный культурный шок. У Оруэлла описано, как это работает. Думал, что это антиутопия, а на самом деле так и устроено», — рассказывает Сергей К., до недавнего времени сотрудник петербургского агентства ФАН, одного из подразделений «фабрики троллей», которую финансирует «повар Путина» Евгений Пригожин.

| Newssky.com.ua

При поступлении на работу будущих «троллей» вынуждают подписать документ о неразглашении того, что происходит в офисах агентства, однако несколько человек осмелились нарушить эти обязательства. В 2015 году бывший сотрудник «фабрики» Марат Буркхард подробно рассказал Радио Свобода о том, как он работал троллем, публикуя на различных форумах комментарии на заданные темы. Вскоре еще несколько человек дали интервью о том, что происходит в различных отделах «фабрики», а журналист Людмила Савчук, устроившаяся на фабрику для изучения работы пропагандистов, даже подала в суд на нее и выиграла дело.

Прошло несколько лет, но в работе «фабрики» принципиально ничего не изменилось, она несколько раз переезжала и продолжает расширяться.

Сергей К. согласился рассказать о том, как сегодня работают тролли, осаждающие в том числе и соцсети Радио Свобода. Он предоставил нам образцы заданий, которые ежедневно получают «кремлеботы», а также их отчетность — необходимо указывать в таблице, сколько комментариев ты опубликовал за каждый час работы. Часть этих материалов носит оскорбительный или непристойный характер: один из отделов фабрики специализируется на мемах, в которых лица журналистов или оппозиционных политиков накладываются на кадры из порнофильмов.

— Сергей, почему вы решили рассказать о своей работе на «фабрике»?

— Я обратился к вам, потому что, узнав кухню госпропаганды изнутри, я понял, почему они так вас затыкают и гнобят. Они везде лгут. Теперь от телевидения меня просто тошнит, да и карма испачкана на три жизни вперёд.

— Как организована «фабрика»?

— Много отделов, в каждом кабинете сидят приблизительно по 15 человек. Один отдел занимается YouTube, другой отдел занимается «ВКонтакте», третий фейсбуком и так далее. У каждого отдела свой руководитель. В нашем отделе через рабочий телеграм-чат были указаны площадки, на которых стоит работать: RT, РЕН-ТВ, «Известия», а также оппозиционные: «Новая газета», Радио Свобода, даже «Сталингулаг», хотя там, как правило, банили быстро. По этим площадкам начинали работать с разных аккаунтов. Для создания этих аккаунтов существует огромная стопка сим-карт, которая пополняется.

— Вы много работали по соцсетям телеканалов?

— Да, от RT до канала «Домашний». Посмотрите на RT комментарии о Западе — сразу видно, чья эта работа. Зайдите в группу RT в любой соцсети, они сутками там бьются за Россию-матушку. Под любой новостью — про ракеты, США, Путина — везде, как тараканы.

— Помимо отделов, которые занимаются соцсетями, какие еще есть подразделения?

— Есть отдел, где собирают базы данных: личные дела неугодных, с компроматом на всех. Есть список ресурсов, которые, простите за выражение, нужно обсирать, там в топе Радио Свобода и «Новая газета». Используется продукция специального отдела, который выпускает стремные мемы, в том числе порнографические. Ребята сидят и клепают эти мемы, потом сбрасывают в общий рабочий чат, мы уже с него начинаем пулять. На все есть свой отдел. Это очень хорошо организованная структура. Просто не укладывается в голове, какой чушью занимаются там люди и за какие огромные бабки.

Рождение фабрики и грязные дела ее сотрудников

Ольга Литвиненко — бывший депутат петербургского парламента, а ныне — политэмигрант, дочь одного из «друзей Путина», ректора Горного университета Владимира Литвиненко, в интервью Радио Свобода рассказывала, как еще в 2007 на базе молодежного общественного движения «Жизнь молодая» под наблюдением ФСБ создавалась первая фабрика троллей в Ольгино. Для работы вербовали пропутински настроенных студентов и проводили с ними политзанятия. «С этих людей брали затем расписки, что они обязывались не разглашать никакие сведения и информацию, которую услышат на этих встречах, а также то, чем они в дальнейшем будут заниматься. Также некоторые соглашались сотрудничать с ФСБ и давали об этом письменное согласие».

В 2018 году «Новая газета» взяла интервью у специалиста по пиару Андрея Михайлова, одного из создателей «фабрики». Михайлов утверждает, что снимал «фабрике» помещение на улице Савушкина в Санкт-Петербурге. По его словам, тогда в организации работало около 200 человек. Михайлов рассказал, как Евгений Пригожин использовал чёрный пиар для поддержки своего кейтерингового бизнеса. В 2012 году Михайлов организовал круглый стол, обслуживать который позвал конкурентов. Участники мероприятия симулировали отравление. В 2013 году Михайлов обеспечивал информационную атаку на поставщиков еды в самарские больницы. Для этого в Самару привозили купленных на рынке в Петербурге тараканов и отпускали их в помещениях больниц.

По словам Михайлова, он занимался размещением непроверенных новостей в государственном агентстве РИА «Новости», получив на это указание от начальника службы безопасности Пригожина. Михайлов считает, что финальной задачей было убрать с должности генерального директора агентства Светлану Миронюк. В 2013 году Миронюк была уволена со своего поста, агентство было реорганизовано, её место занял Дмитрий Киселёв.

Михайлов рассказал, как по указанию Пригожина его подчиненные прилетели к сочинскому блогеру Антону Грищенко, который критиковал организацию Олимпиады в Сочи и Владимира Путина. За Грищенко было установлено наружное наблюдение, сотрудники Пригожина заставили его удалить блог, ударив железным прутом по руке.

В мае 2017 года, как утверждает Михайлов, после конфликта с Пригожиным и его окружением, его самого вывезли в лес и избили.

— Сколько человек работает на «фабрике»?

— Точно не знаю, я во всех отделах не был, к тому же они находятся в разных зданиях. Не меньше 150 человек в дневную смену только в одном здании, а если в целом брать, мне кажется, до тысячи человек. Одни люди скидывают данные, другие эти данные перекидывают по отделам, третьи проводят собрания, на которых рассказывают, с каким тезисом кому следует работать, а чего делать не надо, что следует освещать, на чём ставить акценты.

— Какие навыки при поступлении на работу требуются? И как они выясняют, что вы не агент противника?

— Я проходил тест, где надо было импровизировать в комментариях к определенным инфоповодам. Их служба безопасности меня проверила по базам. Меня оформили и сразу пустили в бой в комментарии в группы RT, «Известия», РЕН-ТВ и подобные. Работа не пыльная, сиди себе, стучи по клавишам один и тот же бред по 11 часов. Все сотрудники работают в две смены — кто днем, кто ночью.

— Для поступления на работу требуется диплом?

— Нет, диплом не требовался. Достаточно было иметь аттестат о полном среднем образовании и грамотность. Люди абсолютно разные сюда приходят. Есть очень образованные, доктора наук, есть люди без высшего образования. Люди разного интеллекта, но все работают под указку. Вектор задан, а ты просто исполнитель, оператор.

— Не только молодых людей берут на работу?

— Нет, там даже и пенсионеры есть.

— И сколько платят?

— Кто 40 тысяч получал, кто больше работал и усерднее — 45, 50 и выше.

— Сколько комментариев нужно написать за смену?

— Норма — около 120.

— Марат Буркхард рассказывал, что один тролль пишет негативный коммент о чем-то, а сидящий с ним рядом тролль пишет как бы опровержение, чтобы в форуме создалась видимость дискуссии. Эта практика сохранилась?

— Да, с одних фейковых аккаунтов нашей же конторы писались пасквили, а с других фейковых аккаунтов это всё парировалось. Вид бурной деятельности, в расчёте на то, что пользователи заглянут в комментарии под новостью.

— Верно ли, что на «фабрике» строжайшие меры безопасности, тщательно следят, чтобы не проник кто-то посторонний, ищут внедренных агентов и поощряют доносы на коллег?

— Это правда. Насчёт доносов — не скажу, потому что на моей памяти таких случаев не было, но контроль техники абсолютный. Анализируют, что происходило на экране (выборочно) некоторых сотрудников на смене.

— Как проверяют качество работы?

— Каждый комментарий (его текст и ссылка) вводится в отчёт за смену и попадает в базе в таблицу супервайзера. То есть сделал коммент — щёлкнул на расширение, открылось окошко с темами (Запад, СМИ, оппозиция и т. д.), выбрал тему и нажал «отправить».

— Есть надежный способ определить, что комментарий принадлежит троллю?

— Конечно, не всякий пропутинский комментарий оставляют тролли. У нас достаточно убежденных людей, так называемых ватников. Если есть подозрение, что перед вами тролль, посмотрите на аккаунт этого человека. Как правило, у троллей закрытые аккаунты — есть установка их закрывать. Тролли для своих аккаунтов используют фотографии, спертые у кого-то в «Одноклассниках». Воруют фотографии реальных людей, делают левые имена, вставляют эти фотографии, но, отзеркаливая, чтобы нельзя было найти через «Яндекс. Картинки», либо как-то обрабатывают в цвете, например, делают фотографию черно-белой, так тоже сложнее найти. Есть ребята, которые работают против «фабрики троллей», они отзеркаливают, ищут фотографии, находят оригинал в интернете и помещают в комментариях: «Вот, фотографию украл, придурок. Давай я этому человеку напишу, покажу твою фотографию. Не хочешь объяснить, кто ты и что ты здесь делаешь?»

— Были случаи, когда люди, у которых украли фотографии, протестовали?

— Было даже хуже. Я написал комментарий под постом то ли на RT, то ли на РЕН-ТВ, потом мне в личку пишет девушка: «Откуда у вас этот аккаунт? Это аккаунт моей сестры». Я понятия не имею, что ей ответить. Залезаю на ее страницу, нахожу фотографии и понимаю, что это действительно ее сестра и что она умерла недавно, разбилась в аварии.

— А как у троллей оказался ее аккаунт?

— Они просто его украли. Это кошмар: они берут аккаунты мертвых людей. Тогда я в первый раз себя очень грязно почувствовал, до сих пор отмыться не могу.

— Сколько было аккаунтов, с которых вы работали?

— Больше сотни. Когда их удаляли, мне подкидывали другие. Для каждого аккаунта была своя тематика. Если бы девушка стала писать о договоре РСМД, это было бы нелогично. Они берут фотографии мужиков каких-то, прямо видно, что ватных, и начинают вести тему по оружию, например. А девушка может задвинуть что-нибудь по благоустройству. То есть стараются изображать реальных людей, но при этом в закрытых аккаунтах.

— А сами аккаунты нужно заполнять чем-то для достоверности?

— Аккаунт считается хорошим, если там набиты какие-то люди в друзьях, есть какие-то фотографии, причем не в одну дату, а с промежутками. Такие аккаунты на вес золота. Их стараются аккуратно использовать, чтобы не заблокировали.

— Троллей везде банят. Приходится постоянно заводить новые аккаунты?

— Блокируют на разных ресурсах часто. Когда проводились какие-то атаки: например, как на Радио Свобода, там у нас аккаунты просто улетали. Даже учитывая, что мы работали через VPN.

— А все работают через VPN?

— Естественно. Отражено, что комментарий из Мозамбика, а на самом деле он прилетел из Петербурга.

— Все действуют строго по указаниям, инициатива не приветствуется?

— Нет, можете подойти с творческим подходом, посоветовавшись с супервайзером. Если есть творческий потенциал — пожалуйста, используй.

— У ваших коллег он был или все за 40 тысяч просто отрабатывали свою смену?

— Кто как. Были люди, которые действительно от энтузиазма летели, а кто-то приходил отрабатывать, понимая, что делает чушь. Люди разные. Я там встречал людей, которые были убеждены, что проблема не в том, что у нас всё херово устроено, а в американском Госдепе и глазе в пирамиде.

— Были случаи, когда кого-то увольняли за политическую неблагонадежность или наказывали?

— Такого я не встречал. Единственное, что могли сделать, — это лишить премии.

Исповедь Кремлебота

– Несколько лет в телеграме существовал анонимный канал «Исповедь кремлебота». Источники подтвердили Радио Свобода, что его вел настоящий «тролль». Как говорит Сергей К., вся «фабрика» читала этот канал. Сейчас записи стерты, хотя сам канал не удален. Вот несколько фрагментов из того, о чем рассказывал «кремлебот».

– Перед трудоустройством никто толком не объясняет, чем ты будешь заниматься. Суть работы понимаешь, только когда уже приступил к ее выполнению. Не все выдерживают заниматься такой тупейшей деятельностью. Нормальных людей изматывает за 2–3 месяца.

– Еще один фактор: иногда набирают настолько неумных людей, что они не могут и два слова связать. Приходится от них избавляться.

– Также не все успевают выполнять план по количеству комментов, тоже перегорают со временем. Но есть и люди, которые годами сидят, и их, видимо, всё устраивает.

– Само наименование «кремлебот» по сути не совсем верное. Потому что заказ может прийти не только из Кремля. Может обратиться и какой-либо влиятельный человек, например, владелец банка, аэропорта, завода и так далее.

– Знаете, зачем кремлеботы в комментах постоянно оскорбляют Навального одними и теми же словами? «Анальный», «овальный», «сисян» и так далее. Понятно, что по методичке, но с какой целью? Для «установления стойкой ассоциативной связи». Вот слышишь ты «Навальный», и тебе в голову сразу приходит какой-нибудь гадкий эпитет. По крайней мере идея такая, не знаю, работает ли на практике.

– Иностранный отдел существует давно: по крайней мере, как я устраивался на фабрику, он уже был. Набирают туда людей со знанием английского приличного уровня. Сидят они отдельно, у них там своя кофемашина, и мы особо не пересекаемся. В последние годы отдел только разрастается, но все равно до русского пока далеко. Видел ли я своими глазами, что они бомбили американские социальные сети и топили за Трампа? Нет, не видел и подтвердить не могу. Но вполне могу это допустить, иначе зачем столько англоговорящих. Периодически у них проходят собрания не только по работе, но и разборы английского. По всей видимости, важно не спалиться, что они не настоящие американцы.

– Люди стали воспринимать любые провластные комментарии как проплаченные. Забавно, когда накидываются на обычного человека с прокремлевской позицией — «кремлебот, мразь, тебя купили!» Смотреть на это очень смешно. Чем больше мы выдаем сообщений в мир, тем больше вредим власти. В плюс уже ничего не идет. Какая ирония, не правда ли? Сейчас у нас установка писать: «Я реальный человек, я реально за Путина, почему ты называешь меня ботом?»

– Путин дал интервью австрийской телерадиокомпании. Нас направили в комменты активно сомневаться в компетентности журналиста и его профессиональных качествах. Был вопрос про фабрику троллей. Путин ответил, что российское государство к этому не имеет отношения, «это личное дело господина Пригожина».

— «Кремлебот» писал, что само слово «тролль» сотрудники фабрики не используют. А как вы себя называли?

— Да нет, так и говорили «тролли». Не знаю, может быть, у нас в отделе ребята такие дерзкие были. Мы ведь этим и занимались — писали неприятные вещи, иногда очень обидные, людям в ответ. На войне все средства хороши, лишь бы грязью облить.

— Никаких запретов нет, ненормативная лексика поощряется?

— Можно варьировать мат по-разному, лишь бы не блокировали. У нас были ребята, которые не гнушались крепким словцом.

— То, что «фабрика» находится в Петербурге, сказывается на работе? Нужно много писать на петербургские темы и работать на местных форумах?

— Да, особенно про губернатора Беглова. Еще когда его назначали, была дана куча тезисов, надо было описывать его достижения, рассказывать, как он везде успел. Если кто-то пишет в интернете, что у Беглова рожа кривая, нужно было отвечать: «Ой, да вы на свою посмотрите, человек работает, мы не за внешность его ценим, а за дела». И потом в отчете надо было сбрасывать этот комментарий под хештегом «Беглов—внешность». Мы усы Беглова защищали, рассказывали, что он очень аккуратно их стрижет. Или инициативу решили проявить, что Беглов — фамилия говорящая, он шустро бегает, везде успевает. Потом ребята столкнулись с отдачей, что Беглов от проблем бегает, и перестали использовать этот тезис. Вы понимаете, насколько это абсурдная, но мощная в то же время система? Я просто с ума сходил от того, как это все устроено.

— Часто замечаешь, что тролли атакуют какой-то конкретный пост.

— Да, атакуется, как правило, на заказ. Если вы пишете что-то неудобное, например, про «повара Путина», сразу вас начинают закидывать первосортным говном. Начинают лететь мемы, угрозы. И это будет и в «ВКонтакте», и в инстаграме, и в YouTube. Аккаунтов у них хватит, как патронов. Вот такой мем, например: «Ой, что это, я в говно наступил?» Смотрит на подошву, а там написано: «Новая газета» или Радио Свобода. С фантазией ребята работают.

— Пригожин появлялся в вашей конторе?

— Нет, к нам в офис он не приезжал, чего на этих холопов смотреть? Появлялся только его помощник. Я не могу вспомнить, как его зовут, тоже лысый мужик, лет 45–50. Все его почему-то очень боялись, хотя кроме потерянного рабочего места бояться было нечего.

— Когда вы поняли, что не хотите этим заниматься?

— Поначалу даже было забавно. В коллективе откровенно про того же Путина шутят, и почти все понимают абсурдность того, чем занимаются, этого вылизывания власти. Но работа приносит деньги. Это как врачи работают с трупами, со временем начинают шутить, расслабляться, разряжать обстановку. Через некоторое время я перестал чувствовать напряжение, но потом совесть начала жрать. Приходишь с работы задолбанный. У меня от угрызений совести и стресса нагрузка постоянно была, я уходил оттуда с ощущением мигрени. Видимо, какая-то психическая защита, организм должен себя как-то остужать, я стал чаще смеяться над этим. Человеку, который не видел, как это работает, сложно представить, что взрослые люди сидят и занимаются откровенной херней.


Поделиться статьей:

Подписаться на новости:



В тему: