Пригибая мыслящий тростник. Очерк международных отношений. Ч. 19. Эксклюзив

01.10.2021 0 Редакция NS.Writer

Роман Сергея Войтовича

Предыдущая часть здесь

Торнадо

До Индианаполиса долетели без приключений, Сергей Черный больше на весы не забирался, а Эльчин заранее подготовил свой живот к перелету. Но вот часовая дорога от Блумингтона до Индианаполиса искренне удивила. Обочины и вид с трассы изменились радикально. Было полное впечатление что вдоль дорожного полотна от Индианаполиса до Блумингтона прошелся пьяненький шаловливый шатающийся великан и, демонстрируя нетрезвую молодецкую удаль и завидную ярость, повыдергивал вдоль дороги практически все деревья, узлами закрутил многочисленные рекламные щиты, тяжелым кулаком приложился ко всем придорожным постройкам, оставив после них лишь гору щепок и груды разбросанного вокруг хозяйственного мусора. Причем деревья были повалены рядами вдоль трассы в направлении Блумингтона, как будто великан загребал их огромной ногой, как обычный человек может уничтожать травинки и кустики, борды закручивал винтом, а по домам прикладывался сверху, так что доски от центра бывшего дома лучами откинулись в стороны.

За какие-то четыре дня характерная американская придорожная инфраструктура превратилась в месиво и хаос. Только идеальное, отлично расчищенное покрытие дороги свидетельствовало о все еще присутствующей мощной англо-саксонской цивилизации.

Веселый хулиган по имени Торнадо решил пройтись вдоль трассы и продемонстрировать нам последствия буйства своей молодецкой силы, заставить задуматься о бренности бытия. Только поглядев на груды щепок, в которые превратились еще недавно аккуратные, крашеные в белый цвет американские домики, от следов крыш которых даже памяти не осталось, я понял, зачем раз в неделю неподалеку от нашего дома на Рузвельт стрит пронзительно гудит тренировочная сирена, предупреждая о приближении бесшабашного пьяного великана, черным столбом всасывающего в себя и глотающего пожитки потерпевших обывателей. Гул сирены это замечательно, но в нашем доме не было подвала, так что о том чтобы спрятаться при приближении Торнадо, нужно было беспокоиться заранее — брать документы и стремительно бежать к соседям.

Также вспомнилась сказка о трех поросятах, и в голове возник вопрос: Почему практически у всех американцев домики как у Ниф-Нифа (кто сказку не читал, имеются в виду самые что ни на есть хиленькие и ненадежные домики)?

И в результате изучения глубин, нужно заметить незначительных, американской натуры я пришел к выводу, что причины две, природная американская скупость — у тех кто строит и продает дом максимально снизить его себестоимость, поэтому использовать самые дешевые материалы, средства и технологии, а у тех кто покупает, заплатить как можно меньше за пристойный на вид дом. Отсюда и возникают миллионы картонных домиков, коростой покрывающих территорию страны.

Второй причиной является сама душевная организация американцев — это цыгане наоборот! Все дело в том, что в отличие от нас, американцы совершенно не привязаны к месту своего рождения. Их бог золотой телец! Где больше платят, там и родина. Родился и живешь в одном штате, а тут работу предложили в другом, американец не задумываясь променяет родину и дом на другое место жительства. Нужно только в одном штате скорлупку продать, а в другом купить. Поэтому, если цыгане со своей грязной кибиткой постоянно путешествуют в поиске сомнительного заработка и лучшей жизни, то американцы придумали производную от такого образа жизни — настроили по всей стране домиков-близнецов, спроектированных поросенком Ниф-Нифом, и перемещаются по стране в поисках золотого тельца. Американцы, это как особая порода европейцев, отличающаяся цыганскими наклонностями. Консервативные европейцы, культурно привязанные к своим корням, остались со своими каменными мозгами сидеть на родине, а их авантюрный авангард, цыганские души, в порыве неуемной алчности, подогреваемой подозрительными и странными ответвлениями христианского вероучения, ринулся осваивать новые, как бы никем не занятые территории.

Поначалу, при движении на запад, они демонстрировали абсолютно цыганское поведение — те же кибитки, пожитки, грязь, многочисленные дети-оборванцы. А вот когда все захватили, а нецивилизованное население споили и вытеснили в пустыни, то придумали апгрейд — начали строить по всей стране белые картонные домики, и перемещаться из одного в другой, по мере необходимости. Теперь не нужно, как улитка, таскать за собой свой домик. Достаточно построить множество домиков-клонов по всей стране, к ним присовокупить одинаковые магазины с полностью аналогичным ассортиментом, ведь даже в самой захолустной американской деревне будет свой собственный «Волмарт» и «Семс Клаб» (известные сети американских супермаркетов — прим. авт.), одинаковые аптеки, заправки, рестораны, гостиницы. Одинокие уникальные магазины, гостиницы и рестораны, отличающиеся семейным радушием, домашней кухней и обстановкой, уверенно проигрывают неравную экономическую борьбу бездушным сетевым монстрам, которые благодаря колоссальным финансовым, трудовым, маркетинговым и рекламным ресурсам, надежной крепкой паутиной оплели всю страну, наполненную народом, построившем свою жизнь по производной от цыганского кочевого образа жизни. Теперь ты везде чувствуешь себя одинаково, в какую точку США не переместишься, то же жилье, магазины, кинотеатры, постройки, не радующие разнообразием, та же еда, размер порций, даже люди улыбаются одинаково фальшиво, и на стандартное приветствие без тени радушия неизменно услышишь такой же неискренний ответ, что у них все хорошо, сопровождаемый такой же фальшивой улыбкой. Везде чувствуешь себя одинаково спокойно и уверенно, ничто не потревожит глаз и душу, даже развлечения везде доступны абсолютно аналогичные.

Слава Господу, восемьдесят процентов американцев никогда не выезжают за пределы своей страны, и варятся в собственном маринаде. При их национальных интересах и амбициях, сопровождающихся удивительным нахальством, безаппеляционностью, безграмотностью, крайне узким кругозором, и полной уверенностью в своей правоте, что не удивительно, ведь наглость и тупость родные сестры, разросшихся уже до размеров всего нашего несчастного земного шара, если бы все америкосы активно выезжали за границу, то у них непременно бы возникла бы идея обсчитать следующую производную и покрыть шелухой белых домиков, знакомых сетевых магазинов, ресторанов, гостиниц, кинотеатров, аптек весь земной шар, и таким образом, завершить процесс глобализации, полностью в свою пользу, не считаясь с мнением остальных жителей планеты, лишь бы глаз американца всегда радовался, и душа пребывала в сытом мещанском спокойствии.

Но до сих пор, на наше счастье, мысли большинства американцев никуда дальше своей карьеры и благосостояния внутри страны удалиться не способны, поэтому до поры до времени можем спать спокойно, хотя многие паростки их сатанинской культуры нашли благодатную почву во всех концах мира, среди таких же цыган духа, активно лелеемых жесткой безапелляционной пропагандой того, что европейская и американская культура и цивилизация являются самыми прогрессивными и передовыми на этой планете.

Однако почему американцы не боятся покрывать свою страну миллионами таких ненадежных сооружений — белыми домиками? Понятно, что каждый самолюбивый американец мечтает жить в Белом Доме, и селится в некоем его прообразе, но он же не может не осознавать, что может прийти шаловливый великан Торнадо, и всосать в себя все его мещанское счастье, вместе со всеми пожитками. Оказывается — не беда! На этот счет есть великое изобретение — страховка!

Все имущество американца неизменно застраховано, так что если Торнадо решит с ним пошалить, то это получается даже выгодно. Получит деньги, купит или построит, а строятся такие дома две-три недели, точно такой же дом, сходит в супермаркет, приобретет весь точно такой же аналогичный скарб, как был в предыдущем, и заживет счастливо в новых пенатах. Так что все продумано у американцев. Никогда внакладе не останется скупая душа. Застраховано все — жизнь, здоровье, имущество.

Домой добрались под вечер. Наш ветхий шалаш не пострадал во время торнадо. Так же скромно и благополучно красовался на тенистой Рузвельт стрит.

И снова гранит науки

После конференции в очередной раз взялись за ум и с головой нырнули в учебу. Хотя и о быте при этом не забывали. Проблему первоначальной нехватки финансов, связанную с одновременной оплатой жилья и депозита, а также с приобретением разной необходимой в быту мелочевки, которую не удалось найти на мусорнике, удалось совершенно неожиданно разрешить, благодаря неумеренно раздутой кредитной системе США. В первую же неделю как мы заселились и зарегистрировались в новом доме, начали приходить всевозможные заманчивые предложения, в том числе и финансовые. Банки наперебой предлагали кредитные карточки, на льготных для студентов условиях. Как уверялось в рекламе, для получения кредитной карточки нужно было лишь заполнить анкету, вложенную тут же, в конверт с рекламным предложением, отправить ее в банк и уже через неделю-две получить карточку.

Мы с Сашей соблазнились одним из предложений, заполнили анкеты, отправили их в банк и стали ждать свои карточки. Однако через неделю нам пришел от ворот поворот! В анкете был пункт, в котором необходимо было галочкой отметить, является ли соискатель гражданином Соединенных Штатов. Так как людьми мы были в общем-то честными, то и не поставили необходимую галочку в поле напротив пункта с гражданством.

Как выяснилось, банки выдают кредитные карточки исключительно гражданам США, коими мы не являлись. Поэтому и получили от ворот поворот, однако весьма своеобразным способом — в конверте с письменным отказом, в котором объяснялась причина нашей неудачи, была вложена новая, аналогичная форма заявки на получение кредитной карточки. Мы с Сашей оба славяне, поэтому моментально поняли намек, снова заполнили и отправили аппликационные формы, уже с поставленными галочками напротив нужного пункта.

Дней через десять получили по почте новенькие красивые кредитные карточки. А какой-то банковский служащий получил свои бонусы за запутывание еще двух законопослушных граждан США в банковских сетях кредитного рабства. Сначала лимит по карточке составлял две тысячи, когда он был исчерпан, накинули дополнительную кабалу и добавили еще четыре, а со временем еще три.

Карточки сослужили свою позитивную службу, и в дальнейшем не раз помогали нам свести концы с концами, особенно во время длительных путешествий.

Вообще-то, студентам в США поступает много заманчивых предложений, от Windows и Office за пять долларов комплект, до годовой подписки на журнал Плейбой, по доллару штука. И ни от одного такого предложения мы не отказались. Лицензионные программы стояли на наших компьютерах, а развороты из журнала с голыми красавицами начали постепенно покрывать одну из стен нашей гостиной, и за год покрыли ее практически полностью. Теймур, когда заходил к нам в гости, всегда поглядывал на эту стену с неодобрением.

Велосипеды

Последним аргументом убедить Сашу вместе снимать жилье, было совместное приобретение автомобиля. Однако пока денег катастрофически не хватало, и об автомобиле приходилось мечтать только в перспективе. И тут Саша пришел домой с газетой.

— Ты видел? — сунул непоседа мне под нос объявление о велосипедном аукционе. — Может пойдем, приценимся?

— Да, это очень занятно, но на велосипеде я ездил в последний раз, когда мне было десять лет! — с сомнением оценил я объявление. — Да и дорогие наверное это велосипеды.

— Да нет, это же конфискат. А ездить, если че, я тебя научу. — с заразительным энтузиазмом настаивал Саша. — Пока на машину не хватает, можно на велосипедах по городу курсировать. И для поддержания хорошей физической формы полезно.

Идея сесть если хоть не на четыре, то на два колеса, в общем-то пришлась мне по душе, да и в первом в моей жизни аукционе было интересно поучаствовать в виде покупателя.

Университет просто переполнен различными велосипедами. Ввиду нехватки и дороговизны автомобильных парковок, велосипеды являются доминирующим видом транспорта на территории кампуса. Но из парковки велосипедов сверхпредприимчивые университетские власти также решили выдавить копейку — парковка велосипедов возле университетских зданий платная, и, аналогично автомобильной, предполагает клеящиеся парковочные стикеры на велосипедной раме.

Обходились они значительно дешевле, чем на автомобиль, но за наличием стикеров бдительно следят полицейские, и, в случае их отсутствия, велосипед конфискуется. Если владелец не объявится или откажется платить штраф, его велосипед окончательно переходит в муниципальную собственность, и в начале учебного года продается на специальном студенческом велоаукционе. За год накапливается несколько сотен таких конфискованных велосипедов, которые идут с молотка. Здесь можно за умеренную цену подобрать себе железного педального коня на любой вкус и цвет.

Саша остановился на туристическом, а я выбрал спортивный вариант с рулем-завитушкой и узкими протекторами колес. Велосипеды были старенькие, видавшие виды, но во вполне пристойном состоянии, без ржавчины, на ходу. Однако неприятным моментом с моим велосипедом оказалось то, что его, когда конфисковывали, то каким-то образом отстегнули от парковки, не расстегивая замка безопасности. Теперь он красовался на велосипеде, и прочно сцеплял переднее колесо с рамой так, что оно не могло проворачиваться. Поэтому домой с аукциона велосипед пришлось тащить на собственном горбу.

И вскоре, когда я подробно изучил конструкцию замка и попробовал его распилить заблаговременно приобретенной ножовкой по металлу, я понял, почему полицейские не потрудились снять замок, а продавали велосипед как есть, с зловредным довеском. Я битый час пилил трос, которым с помощью замка крепился велосипед к стоянке, сломал два полотна, и всего где-то на полмиллиметра продвинулся вглубь сверхпрочного металла, из которого был сделан этот злосчастный трос. Что трос сверхпрочный я понял, когда уже дома наконец-то соизволил ознакомиться с грязной этикеткой, любезно притороченной к оплетке, где и сообщались удручающие для взломщика свойства замка.

Пришлось применить славянскую смекалку, ведь если замок делали американцы, да еще писали что он очень прочный, значит, в нем в любом случае должен быть какой-то изъян. И после внимательного осмотра он был тут же обнаружен. Трос замыкался в петлю увесистым замком, который и оказался слабым звеном — он был явно сделан из какого-то легкого сплава. Секрет оказался в том, что пилить нужно было не по тонкому твердому стальному тросу, а по толстому, но мягкому телу самого замка. Уже через десять минут пиления выпал сердечник и переднее колесо моего велосипеда начало свободно вращаться.

Теперь ничто не мешало нам с Сашей совершать велопробеги. Первым делом мы вымыли и смазали наших новых друзей, и первую вело-вылазку решили совершить в небольшой аэропорт на окраине города, где в ближайшую субботу ожидалось авиашоу на местных аналогах кукурузников.

Шоу понравилось, кукурузники дефилировали красиво, дорога на велосипедах была в одну сторону километров пятнадцать, но преодолел я ее довольно легко, умение езды на велосипеде быстро восстановилось, несмотря на такой длительный перерыв. Единственное, я никак не мог оторвать руку от руля, чтобы показать поворот, сразу начинал ужасно вилять по дороге из стороны в сторону, однако обошлось без происшествий.

На обратном пути заехали после авиа шоу в забегаловку перекусить. Владелец, явно латиноамериканского происхождения сидел тут же, у бара. Когда он услышал нашу с Сашей русскую речь, решил тут же что-то уточнить о нашем происхождении на ломаном англо-испанском диалекте, но мы ничего не поняли. Тогда он махнул рукой, и молча угостил нас питчером пива. Было приятно, англосакс на такое радушие явно не способен — подарить более двух литров пива не в характере этого народа.

После такой поддержки дорога назад была веселой, но трудной, несколько раз приходилось делать санитарные остановки.

Укротив железных коней, было легче ездить в магазин. Рюкзак за спину, и вперед! Дороги США не приспособлены к нуждам пешеходов, ввиду практически полного отсутствия тротуаров. Поэтому километр до супермаркета и обратно до дома, до покупки велосипедов, приходилось преодолевать с тяжелыми сумками, наполненными продуктами на неделю, учитывая постоянную угрозу попасть под колеса. А теперь все стало значительно проще.

Человек-оркестр

Человек-оркестр Саша сразу же по факту обустройства решил удовлетворить все свои обширнейшие интересы. И университет этому способствовал обилием всевозможных бесплатных курсов и секций.

Саша одновременно записался на курсы испанского и японского языков, которые он оказывается всю жизнь мечтал изучать. Также Саша записался в секцию туризма, что неудивительно, так как он всю свою жизнь лазил по горам, а его голубой американской мечтой было забраться на самую высокую американскую гору «Мак-Кинли», или на индейский манер «Денали», которая находится на Аляске и является самой высокой горой на севере, высотой более шести тысяч метров. Также Саша поступил в секцию Айкидо, которым он когда-то занимался и ему очень нравилось.

Я только качал головой, удивляясь широте и необычности интересов моего нового соседа, и не верил, что обычный человек найдет время на удовлетворение всех своих обширных интересов, особенно с оглядкой на неимоверную интенсивность учебного процесса и загруженность всевозможными учебными заданиями. Несмотря на абсолютную несхожесть, мы все больше сближались с Сашей. У него было то, чего мне всегда недоставало, откровенный авантюризм и всеохватывающая жажда жизни, плюс полная чаша острых ощущений. А ему возможно не хватало моей природной рассудительности и олимпийского спокойствия. Наши отношения быстро трансформировались в крепкую дружбу. Я качал головой и не верил, что Саша все успеет, несмотря на то, что он мог не спать по трое суток, пытаясь везде успеть. И я не ошибся! В результате неравной борьбы с богом времени Кроносом, Саша потерпел поражение — как результат недосыпания начал просыпать важные занятия, а разбудить его иногда было просто невозможно, с этим не справлялся ни я, ни будильник, и в результате оптимизации своих хобби, на выходе осталось лишь одно хобби — Айкидо.

Несмотря ни на какие проблемы и занятость, Саша регулярно посещал секцию, приглянулся ее руководству своей активностью и прямотой характера, а через несколько месяцев стал одним из руководителей, был избран в некий совет, своеобразный парламентский орган секции. Ведь даже здесь американцы не могли обойтись без элементов своей чепуховой демократии.

Но как-то раз Саша пришел домой после заседания совета айкидошников со страшными матюгами на языке.

— Что случилось, тебя побили, или уволили из совета? — спросил я. — Я же тебе говорил, что заседать вместе с америкосами, только время тратить. Они же идиоты!

— Слушай, ты кажется был прав! Они точно идиоты! — ответил Саша. — Сегодня судили одного члена клуба за домогательства.

— За что, за что? — удивился я. — Очень интересно! И к чему же приговорили, к кастрации?

— Не, но он должен сознаться и покаяться перед всем клубом, публично извиниться перед девушкой, и пообещать вести себя в дальнейшем пристойно, а если не захочет — исключим и запретим посещать тренировки. — услышал я от Саши приговор совета айкидошников.

— А девушка хоть достойная? И что он сделал на самом деле, в туалете ее что ли прижал? — решил уточнить я.

— Да нет, потерпевшая обычная американская коровица, их с обвиняемым в спарринг вместе поставили, вот ей и показалось, что он с ней не просто приемы отрабатывает, а одновременно еще и полапать ухитряется. — вздохнул Саша. — Заорала на весь зал, и скандал устроила. Да я, если бы был бабой с такой внешностью, только счастлив был, а она в крик, домогатель мол, и все тут! Якобы преследует ее и проходу не дает, а тут нашел официальный способ за титьки подергать.

— А парень-то че говорит?

— Да ничего, все напрочь отрицает! Утверждает, что придумала все потерпевшая.

— Так а извиняться-то тут за что? — удивился я. — Не ставить их вместе как спарринг партнеров, вот и вся недолга.

— Я то же самое предложил, но ты же знаешь американцев. — пробурчал недовольный Саша. — Все-то они усложняют! Назавтра вызвали обвиняемого на совет, чтобы услышать его решение на предъявленный сегодня ультиматум.

— Ну и ну! Очень интересно, чем история закончится? — завершил я дискуссию вопросом и пошел делать домашнее задание по статистике.

А закончилось все как обычно, по-американски. На следующий день парень пришел на совет вместе со своим адвокатом, который заявил, что его клиент извиняться отказывается, а если его исключат из секции, то подаст в суд за незаконное исключение.

Совет, как орган власти, естественно оскорбился, и исключил обвиняемого из рядов секции. Тот в ответ подал в суд, как и обещал. Чем закончился процесс я не знаю, так как Саша сразу же вышел из состава царства глупости. Но на примере этого банального случая становится понятно, почему юрист такая высокооплачиваемая и престижная профессия в США, и почему США лидируют в мире по количеству судебных процессов на душу населения.

Продолжение следует здесь


Поделиться статьей:

Подписаться на новости:




В тему: