Обзор трендов мая-июля в постсоветской части Центральной Азии

Эксклюзив. Хотя события в «Крокусе» продолжают порождать информационные волны, а в Бишкеке случились беспорядки на почве конфликта с иностранными студентами, главные события двух месяцев были об экономике. Особо ярких событий не было – хотя ниже некоторый обзор по пяти постсоветским странам ЦА и будет дан. Но каждое из перечисленных событий не отличалось особой яркостью и значимостью. Их значение становится понятным только при рассмотрении их в сумме. В сумме же картина следующая.

Регион ЦА за исключением примыкающих к нему стран, а именно пять «классических» стран Центральной Азии: Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан, Туркменистан и Таджикистан окончательно оформился как единый макрорегион, в первую очередь, экономический, который можно и нужно анализировать как целое. Это достаточно специфичная зона, обладающая общими свойствами, несмотря на своеобразие каждой из стран, на их соперничество и даже конфликты друг с другом. В то же время она явно отличается от соседей: от Пакистана и Афганистана, которые к ЦА не приросли, и не прирастут, от Монголии, СУАР в Китае, арабского и тюркского мира.

Для ЦА сегодня характерны следующие тенденции развития:

– Пять её стран всё более тесно интегрируются экономически. Но не по китайскому плану, о чём мечтали в Пекине, и, тем более, не по российскому. И не по казахскому, хотя планы стать региональным лидером в Астане ещё живы. Уже очевидно, что реальная интеграция станет итогом консенсуса пяти государств, а влияние внешних игроков, будет хотя и существенным, но всё-таки второплановым.
Демократических режимов в ЦА нет, и не предвидится – пока что с исключением Кыргызстана, где строит свой режим криптопророссийский популист Жапаров.

Причин тому много, главная из них – неготовность их обществ к жизни по правилам либеральной демократии. В то же время, даже в самом проблемном в плане демократии из пяти стран ЦА Туркменистане, налицо некоторое, хотя и очень медленное, размывание тоталитаризма. В целом, можно утверждать, что все пять стран ЦА медленно дрейфуют к некоему средне-авторитарному уровню: где-то демократия сворачивается, где-то условных свобод становится чуть больше. Тем не менее, уровень вмешательства государства в жизнь граждан и отсутствия гражданских свобод остаётся шокирующе высок.

При этом, все пять режимов вполне светские и прагматичные (иными словами, это «эмираты», а не «аятоллаты» или «шейхаты», «имаматы»). Радикальный исламизм им чужд, влияние ислама на внутриполитическую ситуацию во всех пяти странах, по возможности, минимизируется. Это ограничивает их сближение с Ираном и Афганистаном.

Активных внешних игроков, с разными интересами, в ЦА становится всё больше. Именно по этой причине сумма их влияний несколько нивелируется. Все пять стран овладевают искусством маневра между глобальными силами. При этом, западных игроков, включая страны ЕС, США, и тем более Великобританию , а также «азиатско-западные» Японию и Южную Корею не смущает отсутствие в ЦА гражданских свобод (их крайняя минимизация, если быть точным). Все внешние игроки сугубо прагматичны, и в этом есть смысл, поскольку нишу, которую не займут западные страны, неизбежно займет Китай, а, то, что Китай не интересует, подберет Россия.

Разумеется, в борьбе за влияние в ЦА участвует и Турция.

Если говорить о весе игроков, то он распределен примерно следующим образом.

Китай – бесспорный тяжеловес, с давно освоенными, прочными позициями. Но Китай, вероятно, практически достиг в ЦА пика своеговлияния. Начатые им проекты будут, по большей части реализованы, но дальше уже – потолок, свободное пространство для роста исчерпано. Регион вступаетт в эпоху всё более жесткой конкуренции нескольких внешних игроков.

Россия, бесспорный лидер влияния в регионе в первые десятилетия после распада СССР постепенно, и, притом, нарастающими темпами, утрачивает знеачимость и инструменты влияния. Пока Россия на втором месте по уровню влияния на страны ЦА, хотя и с нарастающим отрывом от КНР, но её быстро догоняет Турция. Вероятно, в перспективе ближайших пяти, максимум десяти лет Анкара оттеснит Москву на третье место.

Миграция из ЦА в Россию всё ещё остаётся существенной, но явно идет на спад. Причин тому несколько: антимигрантские настроения в России, которым подыгрывает власть, стремясь канализировать копящееся в обществе недовольство, и стремление мобилизовать «новых россиян» недавно получивших гражданство РФ, на войну с Украиной. Как заявил недавно глава Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин «в ходе рейдов» – естественно, с непременным применением в отношении «черных» запредельных даже для России форм полицейского насилия, «было выявлено более 30 тысяч человек, получивших российское гражданство, но не желающих вставать на воинский учет». Около 10 тысяч из них уже отправлены воевать, отправка остальных 20 тысяч – вопрос времени.

Россия видит в «новых гражданах» удобное мясо, гибель которого, по причине их сравнительно слабой интеграции в российский социум, вызовет меньший рост социального напряжения, чем гибель «коренных» россиян, интегрированных в социум в течение нескольких поколений. С другой стороны, в связи с интересом, проявляемым к странам ЦА на Западе, там появляются более привлекательные для жителей ЦА варианты миграции.

Также в настоящее время в стадию развала вступила ОДКБ. После того, как Армения дала понять, что выходит из этого блока, возник вопрос: кто следующий.Выход одной страны можно списать на стечение обстоятельств, но две страны, ушедшие одна за другой, вызовут окончательный развал этого «недо-НАТО».

Слабым звеном и вероятным кандидатом №2, вслед за Арменией, видится Таджикистан. У него две ключевые претензии к блоку: ОДКБ не помог ему решить проблему Ферганской долины, где сталкиваются интересы трех участников блока – раз, и Россия активно заигрывает с Талибаном, который вот-вот вычеркнет из списка террористических организаций – два. А, Талибан, несмотря на заверения в миролюбии, доносящиеся сейчас из Кабула – вечная проблема для таджикских властей. Она тем острее, что Душанбе уже не может найти точки соприкосновения с таджиками из Афганистана, которые теперь союзничают с талибами. Ранее, когда они враждовали с Талибаном, Таджикистан даже оказывал им некоторую помощь, видя в них буфер безопасности. Теперь всё стало иначе, и таджики Афганистана уже рассматривают режим в Душанбе как враждебный.

В итоге, при проверке делом гарантий безопасности со стороны России и ОДКБ, Душанбе может столкнуться ровно с тем же, с чем столкнулась Армения: ОДКБ умоет руки и оставит Таджикистан один на один с талибской проблемой.

Ещё одним тревожным звонком стал теракт в «Крокусе», после которого на таджиков в России обрушились репрессии и массовые депортации. Горючий материал, в лице мигрантов, высланных из России, и, с большой вероятностью, подвергшихся там воздействию идей радикального ислама, таджикским властям сейчас совсем некстати. Довеском идет и общий фон отношений в ОДКБ, в котором Москва всегда видела и видит форму колониальной администрации.

Россия не потрудилась даже объяснить партнерам по блоку причины «СВО» в Украине, а заявила о ней явочным порядком. Это вынуждает другие страны входящие (всё ещё входящие!) в ОДКБ задаться вопросом: «а партнеры ли мы?».Ответ очевиден: конечно же, нет! Никакие не партнёры, а вчерашние колонии, когда-то отпущенные, в силу неблагоприятных для Москвы обстоятельств, на длинный поводок. Но времена изменились и сейчас Москва стремится по максимуму укоротить эту привязь. Кто же будет следующим в московских планах «освобождения от нацизма», и как скоро? Тему активно подогревают российские официальные лица, постоянно призывающие освободить русских Казахстана, якобы стонущих под пятой кровавого режима Токаева.

Отдельный клубок проблем и возможностей являет собой релокация в ЦА, куда с 2022 года хлынули из России люди, фирмы, деньги и товары. Лидером оказался Казахстан, но и другие страны получили свою долю: простые иммиграционные законы и политический нейтралитет, с некоторым перекосом в сторону России, привлекли россиян, уклоняющихся от санкций и/или призыва на военную службу и стремящихся получить международное финансирование. Война в Украине открыла окно возможностей для стран ЦА, что отразилось и на росте их экономики.

Но такие возможности сопровождаются проблемами. Вместе с релокантами на территорию ЦА проникают агенты российских спецслужб, использующие эти страны для органиции обхода санкций. Это грозит осложнениями отношений с западными странами, и прямо угрожает национальной безопасности стран ЦА, формируя внутри них пятую колонну Кремля, которую московские «борцы с нацизмом» могут попытаться «спасти» от соблюдения законов принявшей их страны. К тому же абсолютное большинство релокантов несклонны к интеграции в принявшее их общество. По сути, они являют собой очередную волну имперских колонизаторов, а также выступают в роли кадрового резерва для дальнейшей вербовки российскими спецслужбами тех, кто не был завербован ещё до въезда в ЦА.

Страны ЕС – амбициозные экономические игроки, увидевшие перспективы региона, пока действуют с осторожностью. Во многом, всё упирается в безопасность инвестиций, а её в европейских столицах связывают с американским присуствием. Пока что в продвижении в ЦА лидируют Нидерланды, мощно вложившиеся в Казахстан, а наибольшую текущую активность проявляет Германия. Но, в целом, за исключением Нидерландов, масштабный приход ЕС в ЦА пребывает пока, по большей части, в стартовой позиции, хотя и быстро набирает обороты.

Великобритания, имеющая большой опыт работы с постколониальными режимами, делает ставку на игру вдолгую и неспешное расширение долговременного, встроенного в несколько поколений доверенных семей, влияния, языкового и культурного, на основе которого затем наращиваются возможности для британского бизнеса. Закладке основ этого влияния, и укреплению того, что было сделано раньше, в том числе в советский, и даже в досоветский периоды, была посвящена поездка по странам ЦА и в Монголию главы МИД Великобритании Дэвида Кэмерона 22-30 апреля.

США, после паузы, вызванной неловким уходом из Афганистана (скажем прямо, цепочка событий, которая привела к нему была одним большим провалом американской внешней политики) плотно заинтересовались регионом в первую очередь, по причине использования его Россией для обхода санкций. Возвращение США в регион и их давление на страны ЦА, а также на Китай, Турцию, Грузию, Азербайджан, услугами которых пользовалась Россия для преодоления санкционных барьеров, резко ускорил снижение российского влияния. Тем не менее, в плане инвестиций в ЦА, США пока крайне осторожны, предпочитая пропускать вперед европейских партнёров.

И, наконец, «азиатский Запад» – Япония и Южная Корея. Помимо прямых экономических интересов, их приход в ЦА стал реакцией на региональное усиление позиций Китая. Но обе страны, по большей части, пока только прощупывают обстановку в регионе. Так, 10-15 июня президент Южной Кореи Юн Сок Ёль совершил государственный визит в страны Центральной Азии.

Ввиду шаткости своих позиций в регионе, Япония и Южная Корея стараются согласовывать свои шаги в ЦА с Китаем. Это стало одной из тем для обсуждения, хотя и не главной, на Девятом трехстороннем саммите лидеров Южной Кореи, Китая и Япония. Саммит прошёл 27 мая в Сеуле, после пятилетнего перерыва.

Анвар Рахимов, аналитик CAI (Ташкент), для Newssky