Китай Молдову не спасёт. Пьяные вояжи Додона по орбите режима санкций.

О том, что хорошо бы каждому китайцу в большом Китае продать по бутылке молдавского вина – и в итоге продать миллиард бутылок (1,4 миллиарда, если верить официальной статистике, но она, скорее всего, несколько преувеличена), – мечтал ещё Владимир Воронин, но у него не сложилось. Китайцы не стали пить всякую гадость, а хорошего вина в Молдове мало, и проблем с его сбытом нет и без Китая. Зато Воронин, оперируя под красным флагом, и напирая на политическое родство с “социалистическим выбором Китая”, смог вмонтировать в Китай своего внука, и вывести туда часть украденных в Молдове денег, организовав прочный тыл для своего семейства. После чего потерял интерес к китайскому посольству в Кишинёве.

Примерно тот же номер пытается сейчас проделать и Игорь Додон, отправивший учиться в Китай своего старшего сына, но у него всё пока в процессе. Поэтому делегация социалистов ежегодно поздравляет посла Китая с Днем образования КНР. Не стал исключением и этот год, вот только состав поздравителей удивил.

Во-первых, где Додон? Во-вторых, появление Ольги Чеботарь, с учетом планов раздела ПСРМ и ухода Чеботарь в отставку с должности члена исполкома ПСРМ стало полной неожиданностью.

Конечно, формально Чеботарь остаётся членом ПСРМ, но, тем не менее… Да и тандем Батрынчи – человека Додона и Чеботарь выглядит странно. Точных сведений о причинах этой странности у нас нет, но предположения есть.

Судя по всему, внутри ПСРМ достигнуто некое примирение, так что назревавший раскол, по меньшей мере, откладывается до местных выборов. Возможно, что и вовсе снимается с повестки дня, но это пока не точно. Что ж, не раскачивать несколько обветшавшую социалистическую лодку до окончания местных выборов выглядит вполне разумным шагом.

Додон же мог отсутствовать по множеству причин. Возможно, сами китайцы дали понять, что публичные поздравления от него, с его сомнительным бэкграундом, создают неловкую ситуацию. Возможно, его семейственное сближение с Китаем вызвало недовольство в Москве, и он, стараясь наладить отношения с российскими спонсорами, решил уйти в тень. Возможно, Додон уже наладил достаточно крепкие неформальные связи с китайцами, и не обязательно через посольство в Кишинёве. Возможно даже, что налицо все три причины одновременно. Можно предположить ещё с десяток причин – и чем больше мы будет выстраивать этих предположений, тем очевиднее будет снижение веса Додона в сегодняшних политических раскладах. Игорь Николаевич не то, чтобы выходит в тираж, но политически поистрепался, во всех смыслах, и, будучи человеком разумным, снижает уровень амбиций в сторону большей прагматики. Нацеливаясь, в частности, на пост мэра Кишинёва. Ему объективно нужно какое-то время побыть в относительной тени после серии политических неудач. Скорее всего, Додон сохранит за собой формальное лидерство в ПСРМ, но сократить присутствие в публичном пространстве, по меньшей мере, до окончания местных выборов. Что будет дальше – будет видно по их итогам.

Что касается перспектив экономического сотрудничества с Китаем, и вечной молдавской мечты о продаже каждому отдельно взятому китайцу бутылки молдавского вина, то это интересная тема – но уже отдельная.

Экономический блок в информации о визите социалистов в посольство КНР в Кишинёве довольно большой, но размытый. С одной стороны, для партии в оппозиции это неудивительно. С другой – он оставался таким и тогда, когда социалисты были у власти. Слов много – инвестиций нет.

И дело не в социалистах, и не в том, что они не у власти. Китай, обжегшись на проекте “Один пояс – один путь”, который оказался, в целом, провальным и убыточным, с туманными перспективами выйти хотя бы в ноль в неопределенно-далеком будущем, инвестирует сейчас очень осторожно. Тем более в страны, во-первых, не имеющие с Китаем общей границы, а, во-вторых, политически нестабильные. Казалось бы, вот вам Беларусь: её отделяет от Китая только Россия, а режим Лукашенко стабильнее, чем любая молдавская власть, которая может принципиально измениться на ближайших выборах. Но и Лукашенко не удалось привлечь значимых китайских инвестиций. А он работал с Пекином системнее, чем все молдавские власти, вместе взятые. И потенциал у Беларуси, при всех её сложностях, выше чем у Молдовы. И географическое положение в качестве “ворот в ЕС” тоже лучше. И младший сын Лукашенко был очень основательно китаизирован и введен в элиту КНР. Тем не менее, Китай не спешит: держит отношения на подогреве, любезно принимает делегации, но выжидает.

Так что мечты о китайских инвестициях, что молдавских социалистов, что беспартийных фантастов, идущих по тропе пикейных жилетов из известного романа, мечтами и останутся. Помните этот эпизод?

Они ежедневно прочитывали московскую “Правду”, – местную прессу они не уважали, – и все, что бы ни происходило на свете, старики рассматривали как прелюдию к объявлению Черноморска вольным городом. Когда-то, лет сто тому назад, Черноморск был действительно вольным городом, и это было так весело и доходно, что легенда о “порто-франко” до сих пор еще бросала золотой блеск на светлый угол у кафе “Флорида”.
<…>
– Бриан! – говорили они с жаром. – Вот это голова! Он со своим проектом пан-Европы…
– Скажу вам откровенно, мосье Фунт, – шептал Валиадис, – все в порядке. Бенеш уже согласился на пан-Европу, но знаете, при каком условии?
Пикейные жилеты собрались поближе и вытянули куриные шеи.
– При условии, что Черноморск будет объявлен вольным городом. Бенеш – это голова. Ведь им же нужно сбывать кому-нибудь свои сельскохозяйственные орудия? Вот мы и будем покупать.
При этом сообщении глаза стариков блеснули. Им уже много лет хотелось покупать и продавать.

Замените в этом отрывке Черноморск на Молдову, пан-Европу на ЕС, а Бенеша на Си Цзиньпина, и вы получите краткий пересказ статьи В.Андриевского “Молдова-Китай: мы можем быть полезны друг другу”.

На самом деле, Молдова для Китая – одно из мест сбыта ширпотреба – и всё. Доля Молдовы в совокупном экспорте Китая составляет 0,008%, а доля Китая в молдавском импорте – 14,2%, второй показатель после Румынии. Иными словами, если смотреть на Молдову как на потенциальные ворота в ЕС со стороны Китая, то ворота эти очень узкие. И внятной логистики для транзита из Китая на важные для него рынки через Молдову нет, и не может быть, с учетом географии. Так что вся суета вокруг китайского посольства идёт на уровне бизнеса сыновей лейтенанта Шмидта из того же романа: урвать десятку деньгами и пару талонов на обед.

Кроме того, и сам Китай находится в кризисе, и этот кризис связан с трудностями его интеграции в западную экономику.

В чём же суть китайского кризиса? Китай (как и Россия) объективно должен идти по пути Японии, и другого ему не дано, не считая развала и отката на сто лет назад, которые выбрала Россия. Но на пути Китая лежит бревно КПК, где догнивают старые обиды на Запад (и на Россию, кстати, тоже) и фантазии о “доминировании ради мести”. Этим заражён и Си. И хотя он, в отличие от Путина, вменяем, тяжёлое детство, когда из-за хунвэйбинских репрессий, его семья упала из дворца в говно, не отпускает. И сейчас в Китае начался социальный застой, по образцу той же Японии, когда она в 90-х, испугавшись утраты идентичности в ходе глобализации, попыталась затормозить вестернизацию. Весь список проблем тот же, но всё на два порядка хуже, из-за размера страны и глубины неомаоистского маразма. Китай стоит перед выбором: либо идти российским путём, и тогда – воевать за Тайвань, но Си, в отличие от спятившего Путина, просчитывает последствия. Либо конвертировать юань, дробить КПК, ограничивая её власть, и окончательно вестернизироваться – но упирается старая номенклатура, и сам Си во главе неё.

А снизу, страдая от безработицы, по причинам сочетания неосоветизма и бума робофабрик, и недоступности ипотеки (как сейчас почти везде в мире), молодёжь запустила в соцсетях тэг “поиск кошки”, “а где же кошка?”, изводя этим власть. Здесь “кошка” – прямой намёк на предательство Си Цзиньпином политики Дэна, приведшей Китай к процветанию (“Какая разница, какого цвета кошка, если она ловит мышей?”). Это ранит Си хуже сравнения с Винни-Пухом и политическая полиция сейчас преследует распространителей котомемов жёстче, чем традиционных диссидентов, фалуньгун и иностранных шпионов. Но проблема от этого не уходит.

К чему это мы пишем? К тому, что вестернизация Китая неизбежна, и нам нет смысла тянуться к Пекину через все географические и иные преграды. Если Молдове нужны инвестиции, в том числе и китайские, то ей следует заняться реальной европеизацией, она же – вестернизация, а не её имитацией, как сейчас. Тогда и Китай станет к Молдове ближе.

Но, как мы не раз уже писали, настоящая вестернизация ни молдавским элитам, ни и их кураторам в ЕС не нужна. И те и другие хотят использовать Молдову как теневой мост между ЕС и Россией.

Молдавский Телескоп