Досада бросает бирманских путчистов в объятия Пекина и Москвы – Запад недоволен

03.02.2021 0 Редакция NS.Writer

Мьянма наращивает закупки в российском военторге, а всего за десять дней до переворота ее посетил министр обороны РФ Сергей Шойгу.

| Newssky.com.ua

Богатая и многострадальная Мьянма часто незаслуженно остается на периферии международного внимания, но не в этот раз. 1 февраля в стране произошел очередной военный переворот — при том, что военные и так контролировали все процессы в стране: за последние 60 лет армейское руководство никогда далеко не уходило от штурвала. Разве что слегка поделилось властью в 2010 году с гражданскими (весьма условно можно назвать их «либералами», хотя это, скорее, умеренные маоисты) в лице Аун Сан Су Чжи, просидевшей 15 лет под домашним арестом.

Социал-буддисты

Для европейца Мьянма (бывшая Бирма) будто на другой планете, хотя в 1970-х-1980-х советские специалисты в немалом количестве ездили туда. Ведь до 1989 года богатая страна древнего народа бама официально именовалась Социалистической Республикой Бирманский Союз. Мьянма граничит с Индией, Китаем, Бангладеш, Лаосом и Таиландом, длина береговой линии — 1930 км и все это делает этнически сложное государство лакомым призом для великих держав.

В истории Мьянмы чередовались победы буддизма (вполне себе тоталитарного в качестве государственной идеологии) и разрушительного язычества. Региону была свойственна раздробленность, что способствовало его относительно нетрудной колонизации — сначала французами, а затем британцами. Но при этом сами конфликты всегда отличаются масштабной жестокостью. Так, после капитуляции оккупировавшей страну Японии, прерывавшей таким образом снабжение Китая, брошенную генералами японскую армию едва ли не полностью вырезали местные партизаны.

В общем, бирманцы довольно воинственны. Неудивительно, что после краткого периода прогресса уже в качестве вновь независимого государства (с 1948 года) страна провалилась в безнадежную гражданскую войну. Тем более что, уходя, англичане коварно пообещали независимость нескольким ее штатам. Кроме того, межэтнические конфликты велись в соседних индийских штатах, красные партизанили в пограничных лесах Таиланда и Бангладеш, а на севере действовал выдавленный из Китая Мао Цзедуном «Гоминьдан».

Нефть, опиумные поля (за которые китайские либералы воевали с бирманскими коммунистами), леса, вольфрам, золото, другие природные ресурсы — все это было слишком привлекательно для соседей и политико-криминальных элементов, чтобы слабые либеральные правительства могли удержать власть в руках.

В 1962 году военные во главе с генералом Не Вином устроили первый за годы независимости переворот. Партии запретили, заменив их одной политической силой — «Партией бирманской социалистической программы», правительство — Революционным советом, объявило программу бирманского пути к социализму и провело масштабную национализацию собственности, а также внешней торговли. Что, разумеется, немедленно привело к товарному дефициту и карточной системе, в то время как сепаратистские штаты, сохранившие элементы капитализма (насколько они возможны в подобном обществе) поддерживали более высокий уровень жизни.

По сути, жизнедеятельность бирманского социализма поддерживалась за счет помощи братских (но весьма условно — руководство страны держало дистанцию) марксистских государств и развивалось, в качестве черного юмора, по завету «Римского клуба» — рост населения не превышал скромного роста экономики.

В 1987 году правительство провело реформу, которую вскоре позаимствовал советский премьер-путчист Павлов — изъяло из обращения 80% денег. Это вызвало беспорядки, переросшие в студенческое восстание. Лишь в марте 1988-го армия подавила мятеж, а политиков у власти вновь сменили военные во главе с генералом Мо Маунгом, «Революционный совет» был заменен «Государственным советом по восстановлению закона и порядка». Тогда же прошла и смена названий, непризнанная, правда, Великобританией.

Лавры и лауреаты

Мьянма оказалась в еще большей изоляции, а вскоре рухнул и щедрый СССР, погрузив в уныние местных любителей халявы. В стране возникла мобилизационная экономика — военные заставили монахов учить детей, а деревенских жителей лечили странствующие военные медики.

На свою беду генералы решили провести выборы, на которых победили коммунисты во главе с дочкой генерала-партизана и основателя Компартии Аун Сана. Получившая в 1991 году Нобелевскую премию мира товарищ Чжи — и в самом деле пример несгибаемости. Но и с ней не все так просто — бирманский коммунизм умеет много гитик. В частности, имеется подозрение, что за ним прячется натуральный трайбализм.

Военные результатов выборов, как водится, не признали и арестовали лидеров «Национальной лиги за демократию», признав эксперимент неудавшимся.

В 1997 году, несмотря на перманентное инферно, Мьянму принимают в АСЕАН, что говорит многое об этой организации. Мятежи, ураганы, американские санкции за рабский труд детей, религиозный фанатизм, перенос столицы по совету астрологов (теперь вместо Янгона ею становится Нейпьидо, по иронии судьбы укрепленная как раз отцом Аун Сан Су Чжи) — все это продолжает преследовать наследников правителей индокитайского лимитрофа.

К концу нулевых экономика пробила очередное дно, есть стало нечего, а это всегда способствует демократизации правящего слоя. Аун Сан Су Чжи пришлось выпустить — стало вообще модно продвигать во власть Нобелевских лауреаток, и генералитет решил разом переплюнуть полсотни развивающихся стран.

В 2010 году в стране прошли первые с 1990-го года парламентские выборы, начались политические реформы, наметилась тенденция к улучшению отношений со странами Запада. В декабре 2011 года пожаловала госсекретарь США Хиллари Клинтон, а годом позже еще один Нобелевский лауреат Барак Обама стал первым президентом США, посетившим Мьянму. С 1 января 2012 года были отменены визовые санкции Евросоюза в отношении руководства Мьянмы (для чего, по-видимому, вся эта комбинация и была предпринята).

В том же году в Мьянме прошли довыборы в парламент, триумфатором которых стала Национальная лига за демократию во главе с Аун Сан Су Чжи. Следующие выборы 2015 года оказались крайне удачными для НЛД, она получила большинство в парламенте и избрала нового президента Тхин Чжо в марте 2016 года. Казалось, дела налаживаются, вскоре Мьянма станет обычной коррумпированной страной, живущей вызовом сырья и производством духовности. Но хэппи-энд — это не про Мьянму.

Дело в том, что незначительному (4%) мусульманскому меньшинству в Мьянме запрещено даже обращаться за гражданством. При этом север штата Ракхайн стал преимущественно мусульманским в результате действий партизан народа рохинджа (он считает себя потомками арабских торговцев, а бирманцы оскорбительно называют рохинджа «бродягами» — всего их примерно миллион, около 2% из 53 миллионов) в 1942 году. Бирманцы-буддисты обращаются с ними так же, как китайцы с уйгурами, десятки тысяч «буйных» рохинджа содержатся в концлагерях.

«Демократизация» в этом отношении ничего не изменила, Аун Сан Су Чжи и Тхин Джо помалкивали, когда армия взялась за очередную пацификацию, а сама проблема дала повод РФ начать военно-техническую экспансию в регион после того, как в сентябре 2017 года защищать единоверцев вызвался Рамзан Кадыров. Но, разумеется, не исламом единым.

Российский интерес

Нейпьидо активно закупается в российском военторге. И ситуация в этом отношении становится все интереснее — оставаясь на периферии международного внимания, Мьянма, являющаяся ареной внешнеполитического соперничества Индии и Китая, быстро просовывает голову в российскую петлю.

Так, за последние годы Москва поставила ВВС Мьянмы порядка 30 единиц истребителей МиГ-29, 12 учебно-боевых Як-130, а также десятки боевых вертолетов Ми-35П, Ми-24 и Ми-17. В стадии реализации находится контракт на поставку шести многоцелевых истребителей Су-30СМ. ПВО страны оснащена российскими средствами радиолокации и зенитными ракетными комплексами «Печора-2М».

Страны связывает множество военно-технических соглашений. Построен совместный сервисный технический центр. Бирманские подразделения на регулярной основе принимают участие в совместных мероприятиях боевой подготовки и конкурсной программе армейских международных игр.

С 2013 года Сергей Шойгу побывал в Мьянме трижды, последний раз — за десять дней до переворота, в январе — и не исключено, что Москва в полной мере была, как минимум, осведомлена о его подготовке. По итогам этого визита Россия поставит Мьянме зенитные ракетно-пушечные комплексы «Панцирь-С1» (не видящие израильтян в Сирии и захваченные американцами в Ливии), а также радиолокационные станции и партию беспилотных летательных комплексов «Орлан-10Е» (давно сбиваемые на украинском фронте).

Заключено соглашение в области безопасности полетов авиации. Общее морское соглашение о свободном заходе в порты уже действует — во Владивосток заходила включенная в состав мьянманского флота дизель-электрическая подводная лодка «Минъе Тейнкхату» проекта 877ЭКМ «Варшавянка». Странно, что еще «Росатом» не решился возводить в Мьянме свой радиоактивный храм по отмыванию денег, как это происходит во многих странах.

Верховный главнокомандующий вооруженными силами Мьянмы старший генерал Мин Аунг Хлаинг — 1 февраля ставший диктатором — за последние годы шесть раз посещал Россию.

Против него, кстати, введены экономические санкции и запрещен въезд в США, в силу репутации профессионального организатора геноцидов. И не в Москве ли эта «жертва империализма» набралась идей о грядущем противостоянии Америке со стороны постепенно формирующегося сино-российского альянса?

Возвращение к власти военных осложнит отношения Мьянмы с Соединенными Штатами и Германией, что, разумеется, выгодно Пекину и Москве. Формально, чрезвычайное положение введено из-за «фальсификации выборов», на которых близкая к генералам партия набрала всего 6%. Но год — это не срок для бирманских военных, чьи старшие товарищи в Пекине и Москве столбят территории на мировой шахматной доске. Чья военная база появится в Мьянме быстрее? Пока у РФ больше шансов, ведь ремонтный центр уже имеется.

Так или иначе, сказка закончилась, а саму Мьянму как и весь соседний регион, ожидает, похоже, разрастание и углубление межплеменных и конфессиональных столкновений, связанных с нарастающим конфликтом между Китаем и Индией, а также напряжения между Китаем и США. Что касается московской лавки старьевщика, то она просто постарается не переходить в Индокитае дорогу взрослым парням — ведь провал сделки «пальмовое масло и ложь в Гааге в обмен на истребители и взятки» с соседней Малайзией все еще слишком памятен.

Максим Михайленко, главный редактор Newssky, для «Деловой Столицы»


Поделиться статьей:

Подписаться на новости:




В тему: