Чего же нам ждать от молдавских выборов? Грустный взгляд на президентскую предвыборную кампанию

Эксклюзив. Техническое замечание: при чтении статьи рекомендуется перейти на украинскую версию сайта. Сочетание буйства искусственного интеллекта и кривизны рук программистов привело к тому, что в русской версии тексты подвергаются искажению за счёт их многократного автоперевода с русского на украинский и обратно.

Как сообщил ЦИК Молдовы, который сетевые шутники уже окрестили «Центральной Изобретательной комиссией», с первого августа у наших соседей начался предвыборный период перед президентскими выборами и референдумом о евроинтеграции, назначенными на 20 октября. При этом,регистрация и сбор подписей в поддержку кандидатов начнется только 21 августа.Что это: уже предвыборная кампания или ещё нет?

Увы, но точного ответа вам не даст никто. В Молдове сложились уникальные законы, и столь же уникальная судебная система, а Конституционный суд в течение 48 часов может вынести два прямо противоположных решения по двух звонкам сверху, так что спрашивать, какое из них законно, абсолютно бессмысленно. В Молдове формально законно, справедливо и просто прекрасно всё, что обслуживает текущую власть– и ничего более. А поскольку власть время отв ремени сменяется, то в Молдове всё зыбко, и легко переписывается под нужды текущего момента – снова, и снова, и снова.

Но если в Молдове по факту нет ни твёрдого закона, ни устойчивой конституции, есть ли в ней что-то, на что можно надежно опереться? Есть! Это коррупционные схемы, связывающие формально-признанную Молдову с формально непризнанным, но гораздо более экономически успешным Приднестровьем в единый экономический комплекс, реализующий связь между формально-законными, но неэффективными, и абсолютно незаконными, но эффективными схемами обогащения правящей верхушки.

Все эти схемы были когда-то выстроены партаппаратчиком КПСС, генералом милиции, хозяином местной компартии и приднестровским мафиози Владимиром Ворониным, в бытность его президентом Молдовы,. Окончательно отлаженные к 2006 году, они не претерпели с тех пор ни малейших изменений. Меняются кланы у власти, а сам Воронин постарел, вытеснен на политическую периферию, и уже далеко не тот, что двадцать лет назад. Сменилось несколько генераций фантомных политических партий, и несколько поколений столь же фантомных политиков, которые никакие не политики, а либо главы очень ограниченного числа соперничающих кланов, либо их пешки, двинутые во власть. Изменилась даже клановая структура Молдовы – её реальная основа. Неузнаваемо изменился мир вокруг Молдовы. Много раз были переписаны законы, включая конституцию. Нет ничего постоянного в Молдове, за одним только исключением: ничего, кроме выстроенных Ворониным кишиневско-тираспольских схем, на которые не покусилась ни одна власть.

Причина такой устойчивости очень проста: прорывающиеся к власти люди вкладывают в этот прорыв крупные средства. Их первая задача – отбить вложения, вторая – выйти на чистую прибыль. Они не самоубийцы, и себе не враги, а эти схемы и есть Молдова, её скальное основание, на которое сверху навалена куча ненужного мусора. Взорви эту скалу, и мусор размоет за пару месяцев, после чего Молдовы просто не станет. Вообще не станет, потому, что ничего другого, по-настоящему значимого, кроме этих схем в Молдове нет. Я много раз о них писал, и сейчас не стану повторяться. Эта статья не о них, а о том, что происходит в Молдове сегодня.

Но схемы спрятаны от посторонних глаз. На виду же остаётся только огромная мусоная куча: симуляция политической жизни, сводящаяся к бесконечным взаимным обличениям конкурентов, ведущих борьбу за доступ к эксплуатации этих схем. К каждым выборам этот адский котел ставят на большой огонь, где он бурно вскипает, роняя куски вонючей пены. При этом, большая часть взаимных обвинений соперничающих группировок, сводящихся,в основном,к обличению коррупционеров и расхитителей государственных средств, и к разоблачению беззаконных действий, на грани и за гранью прямого бандитизма, совершенно справедлива.

Может ли в нынешней Молдове быть как-то иначе? Нет, не может! Размытое законодательство со множеством лакун, которое каждый из прорвавшихся к власти кланов правил под себя, исходя из требований момента, делая это вкривь и вкось, и совершенно не думая о будущем, поскольку завтра – хоть потоп, главное сегодня ночь простоять и день продержаться, в итоге порвалось в лоскуты, утратив всякую общую логику, и стало неисполнимо в принципе. Сегодня Молдовой невозможно управлять законными методами, по причине несовершенства, чтобы не сказать – крайней порочности и противречивости её законов и полнейшего разложения их исполнителей на всех уровнях. Как следствие, все конкуренты в борьбе за власть действуют, по сути, незаконно, прикрываясь демагогическим и недобросовестным толкованием законов, неисполнимых априори – которые, впрочем, никто и не пытается исполнять, поскольку это не даёт никаких преимуществ. Само понятие закона в таких условиях теряет смысл.

Если говорить о нынешних выборах, то налицо сомнительные с точки зрения хоть сколь-нибудь добросовестного толкования существующих законов действия власти по отношению к оппозиции. Говоря без обиняков, власть просто выкручивает оппозиции руки, но у неё есть, по меньшей мере, два с половиной оправдания.

Во-первых, как уже сказано, буква закона в Молдове не работает –так уж она, общими клановыми усилиями, оказалась прописана. Дух же закона, в отсутствие даже намека на гражданское общество и правовое сознание, тоже отсутствует, как таковой.

Во-вторых, от перемены власти и оппозиции местами ничего не изменилось бы, что уже было много раз проверено. Было бы ровно тоже незаконное давление, с небольшими вариациями. Конечно, грубость и неприкрытость этого давления возрастает от одной генерации власти к другой, но это происходит исключительно по причине общей деградации молдавского общества, и катастрофического снижения качества управления. Здесь общемировую тенденцию усугубляют перечисленные выше молдавские проблемы.

И только коррупционно-криминальные схемы им.товарища Воронина незыблемы, и в рамках этих схем игра идёт строго по правилам. В новейшей молдавской истории нет ни одного случая, когда какой-нибудь политик рискнул бы нарушить эти правила, и не был бы немедленно сметен. Надо отдать Воронину должное – он выстроил очень устойчивую, отлично работающую конструкцию.

Наконец, во-вторых с половиной нынешняя власть заявляет, что она – проевропейская, и, следовательно, выступает на стороне Света и Добра, а оппозиция – пропутинская, и финансируется из Кремля силами Тьмы. Так ли это? Отчасти да, так, но всё же не совсем, так что принять это за полноценный довод не получится, но за половинку всё-таки возможно.

Как обстоят в Молдове дела с борьбой между Светом и Тьмой на самом деле? Сразу надо сказать – довольно сложно. Раньше, в доброе старое время оно, до того, как Россия стала постепенно, но неуклонно становиться мировым изгоем, что началось в 2014, и резко ускорилось в 2022, любая команда, победившая в Молдове, неизменно разворачивалась на Москву.

Именно и только сотрудничество с Москвой открывало полный доступ к главному призу – кишиневско-тираспольским схемам. Проевропейские позиции были уделом неудачников. Впрочем, с ЕС неизменно пыталась флиртовать и власть, стремясь хотя бы частично перехватить на себя евроинтеграционные финансовые потоки. В то же время львиная часть этих потоков, хотя и скрытая от глаз, была связана с Тирасполем, поскольку именно на ПМР была и остаётся замкнута большая часть торговли с ЕС.

При этом, непризнанное Приднестровье не нуждалось в проевропейских декорациях. Реальный режим там был и остаётся вполне себе северокорейским. Молдове же приходится принимать неестественные позы, как медведю, принуждаемому к езде на велосипеде в цирке, и выстраивать демократические декорации, за которыми, впрочем, никогда не было,да и сегодня нет ничего, кроме постсовкового мусора.

Но наступило санкционирование России, и смешало все карты.

Победители на выборах были вынуждены лавировать между Кремлём и Западом, постепенно дрейфуя на Запад, а по итогу и вовсе выставить на первый план прозападные декорации, начав «движение в ЕС».

Связи же с Россией, если говорить о реальных связях, были отданы в Тирасполь, который составляет с Кишинёвом единый экономический проект.

Правда, между Тирасполем и Кишинёвом, точнее, между кланом «Шериф», держащим ПМР, и строящим собственные отношения с Москвой, и молдавскими кланами, сменяющими друг друга у власти в Кишинёве, идет вечный спор о дележе доходов от этого проекта.

Прибавьте к этому соперничество кланов в самой Молдове, которая тоже неоднородна: есть Кишинёв – и есть местные власти: центральная часть Молдовы, юг, с Гагаузией и север с Бельцами.

Прибавьте желание Москвы немного ограничить в свою пользу маневрирование Кишинёва, и Тирасполя через Кишинёв, между Москвой и ЕС – притом, что Москве сегодня не нужен полный контроль над Молдовой, и даже над ПМР, и существующее маневрирование в целом её устраивает.

Молдова нужна Москве формально европеизированная, возможно даже вступившая в ЕС (но не вступившая в НАТО!), и при этом насыщенная московской агентурой. Прибавьте к этому действия акторов Запада, которые хотят ограничить молдавские, а через Молдову и приднестровские маневры в сторону России, и мало-помалу подтянуть Молдову не только к ЕС, но и к НАТО.

Но о вступлении в ЕС, несмотря на все декларации и подписанные документы, речи пока нет, с точки зрения ЕС Молдова к этому не готова. А нежелание вступать в НАТО открыто декларируется даже нынешней, формально проевропейской властью. Так что речь идет об очень небольших, малозаметных сдвигах, каждый из которых, тем не менее, имеет важные последствия.

Сложите всё это на калькуляторе – ив сумме вы получите то, что составляет современную молдавскую политику.

Может ли в такой обстановке существовать политическая сила вполне прозападная или вполне пророссийская? Очевидно, нет, не может.

Политические силы, которые здесь и сейчас поддерживаются и даже финансируются либо Западом, либо Москвой, и выполняют их политический заказ, вполне возможны, и мы их в Молдове наблюдаем. Но состояние каждой из этих сил крайне неустойчиво. Любая из них, в любой момент, в силу сиюминутных обстоятельств может развернуться к другому берегу.

Кроме того, все эти силы абсолютно корррумпированы, и большая часть средств, кем бы, и на какие бы проекты они не были выделены, просто расхищается.

Кроме того, в современных условиях «Москва», или даже «Кремль» не являются чем-то цельным. Российская власть становится всё более мозаичной, а каждый элемент этой мозаики, предчувствуя неизбежный крах путинского проекта, выстраивает для своей команды пути отхода и спасения.

Точно так же, каксамые прозорливые члены СС и НСДАП выстраивали пути отхода и резервные базы на случай поражения Третьего рейха, начиная уже с 1942 года, после вступления в войну США, и, кстати, с полного ведома Гитлера. Нечто подобное происходит сейчас и в России. Прибавьте к общей сумме, составляющей молдавскую политику и эти соображения.

Держите в голове, что Илан Шор, к примеру, не ставленник «Кремля вообще», а ставленник Абрамовича и еврейской составляющей окружения Путина, рискнувшей вложиться в Молдову по- крупному. Остальные же группировки пока не видят для себя интересных вариантов крупного вложения именно в Молдову, а не в ПМР, где всё давно поделено, и потому в Молдове остаются в тени.

Местные же оппозиционеры, рыскающие, как голодные волки, в поисках ангажемента, изобретательно складываясь в разные союзы и комбинации, пытаясь предложить проект, способный привлечь крупные вложения. Эти комбинации порой бывают очень занятны.

Так, попытка запрячь в одну телегу Игоря Додона, Марка Ткачука и Юрия Рошку, посадив на козлы Александра Стояногло — действительно интересный, и даже талантливый ход, предлагающий объединить кремлевские и лубянские связи всех троих фигурантов. Кстати, у них это может и получиться. На президентских выборах — едва ли, зато левоконсервативный блок на парламентские выборы вырисовывается вполне возможный, с неплохими шансами получить небольшую фракцию в лоскутном парламенте. В том, разумеется, случае, если вся троица сумеет сдержать себя, и не разругается ещё до выборов на вечной молдавской теме «Остап Ибрагимович, а когда же мы будем делить наши деньги», а сумеет отложить это на потом.

Что-то не вполне пока понятное, но тоже интересное мутят и в Тирасполе, причём, с участием персонажей из правящей PAS – отдельных, а не PAS в целом, впрочем, “PAS в целом” это уже очевидный оксюморон. Но там пока всё туманно, да и обсуждение полувиртуальных молдавских политических проектов – тема крайне скользкая.

Наконец, прибавьте ко всему перечисленному выше отсутствие в Молдове хоть сколь-нибудь внятного национального проекта – любого проекта, пусть даже в крайнем загоне.

Молдовенисты, не являющиеся советскими ностальгиками, и желающие построения демократической и европейской Молдовы, отдельной от Румынии, малочисленны и не влиятельны. Население по факту соотносит себя либо с «Европой вообще», либо стоит на позиции «мы — румыны, и точка», но к объединению с Румынией относится с осторожностью, либо соотносит себя с Россией, даже не будучи этнически русскими. Очень значительная часть населения соотносит себя не столько с Россией, сколько с ностальгическим фантомом СССР, часто даже не отдавая себе в этом отчёта.

Прочие варианты самосознания, включая проукраинское, являют собой редкую экзотику, и не влияют ни на что вообще.

При этом, и «европеисты» и «мы-румыны» уезжают из Молдовы в первую очередь. Конечно, уезжают не все, и не только они, но их доля среди оставшихся снижается.

В итоге, национального проекта, ни сравнимого с украинским, сражающимся сейчас с русским нацизмом, ни с грузинским, провалившим движение в ЕС, но имеющим хорошие шансы на возрождение, ни с белорусским, опошленным, изгаженным и растоптанным Лукашенко с его московскими сообщниками, но ещё живым, ни даже с уже мертвым русским – вообще никакого национального проекта в Молдове нет. Его совсем нет, и не ожидается, поскольку возникнуть ему решительно неоткуда.

А, значит, нет и фундамента, на котором могло бы вырасти гражданское общество. А следом за этим нет и основы для построения государства в его современном понимании. Впрочем и в несовременном понимании основы для построения государства в Молдове тоже нет. И государства фактически нет, а есть лишь его имитация, пустая декорация, прикрывающая классическое failed state, серую зону, идеальную среду обитания для российской агентуры. Поскольку идеальная путинская Россия в пределе должна стать ровно такой же серой зоной, подпертой интересами ТНК.

Могло ли в Молдове быть иначе? Нет, не могло, и напрасно Оазу Нантой сожалеет о том, что Народному фронту в начале 90-х не удалось повторить опыт Балтии, так что полноразмерное молдавское гражданство получили все жители бывшей МССР, а не только те, чьи предки жили там до совесткой оккупации 1940 года.

Во-первых, молдавский Народный фронт был марионеткой, в заднице которой торчала волосатая лапа КГБ СССР, и всех его последующих ренкарнаций. Если Нантой этого ещё не понял,он может переспросит Юру Рошку – уж тот-то наверняка знает это совершенно точно. Второй такой же марионеткой на лапе КГБ был Интерфронт, и все его приднестровские побеги, так что приднестровский конфликт, перестроенный при благосклонном согласии Кремля, в молдавское экономическое чудо им. Воронина, как и вся современная Молдова-де-факто- целиком и полностью детище советских спецслужб.

Впрочем, это не столь уж и важно, в конце концов, дети не отвечают за грехи родителей. Важно другое: если в Балтии, изживая наследие совка, могли, хотя бы отчасти опереться на возрождаемое национальное самосознание, то проект “независимая Молдова” не содержал такой возможности даже в принципе.

Unirea – полупризрачная возможность возвращения в Румынию, в рамках отыгранного назад 1940 года, стараниями московских спецслужб взявших под контроль оба значимых общественных движения, была довольно быстро и непоправимо похоронена. Все нынешние разговоры об Unirea относятся к жанру попаданческой фантастики, но не реальной политики.

Обрисовав молдавскую ситуацию, попробуем ответить на вопрос, вынесенный в заголовок: чего же нам ждать от нынешних молдавских выборов: президентских, а следом за ними и парламентских? В принципе, ответ дан на картинке с разочарованной Беатрис, но, вероятно, не будет лишним также и текстовый комментарий. Итак, чего же ждать? Чтобы это понять, повторим коротко список целей основных игроков.

Молдавские игроки – все, без исключений, борются за власть, ради доступа с её помощью к деньгам. Этих игроков много, в Молдове, к счастью, нет ничего похожего на грузинскую монополию Иванишвили – хоть в этом ей повезло. Как следствие, Молдове никогда не возникнет ситуация “берите или то, или это”. Обширный набор молдавских игроков возьмет всё возможное, и от Запада, и от России и разыграет перед ними жестокую схватку нанайских мальчиков.

А поскольку этот набор игроков намерен брать всё и с одной, и с другой стороны как можно дольше, это предполагает замораживание сегодняшней ситуации “медленным шагом в ЕС без отказа от сотрудничества с Россией через ПМР”. Именно это по итогам выборов и произойдет. Без каких либо вариантов в целом, но с возможными небольшими вариациями в деталях.

Далее, ЕС хочет ограничить российскую свободу рук в молдавской серой зоне, но понимает, что возможности для такого ограничения у него крайне скромные. Российские же игроки хотят несколько расширить возможности их местных партнеров, но только своих. Никакой целостной политики относительно Молдовы со стороны России нет, и не будет.

Как следствие, на президентском посту с огромной долей вероятности сохранится либо Майя Санду на второй срок, либо кандидат, настоятельно рекомендованный Санду западными советниками в качестве её преемника. Это случится не потому, что позиции Санду очень уж сильны, а потому, что все её конкуренты, продвигаемые разными российскими группировками неизбежно будут топить друг друга. Относительно того, будет ли это именно Санду, или некая/ некий Санду-дубль, давать прогнозы сегодня сложно. Делая ставку в букмекерской конторе я бы поставил на Санду, расценив шансы её и возможного преемника примерно как 7:3.Шансы относительно того, что россиянам удастся протолкнуть своего кандидата – 1:20.

Что до парламентских выборов, то давать сколь-нибудь определенные прогнозы пока рано. Ясно одно: Молдову ждет очередной коалиционный ад, и, с очень большой вероятностью, вторые, досрочные выборы, или даже несколько досрочных выборов подряд, по причине невозможности создать коалицию и утвердить новое правительство. Всё это время исполнять свои обязанности будет старый кабинет министров, скорее всего – сегодняшний, возможно, с небольшими изменениями.

Затем, после долгой борьбы и торговли, в очередном парламенте будет достигнут очередной компромисс, который ничего в принципе не изменит. Молдова, как и с прежним кабмином, двинется привычным курсом, лавируя между всеми, беря деньги у всех, функционируя как полукриминальный мост между двумя мирами – и оставаясь на месте, как это и положено мосту. Иных вариантов в её нынешней конфигурации не видно.

Можно ли это как-то изменить изнутри? Нет, нельзя, ни быстро, ни медленно – вообще никак. Молдову угораздило одновременно попасть и в равновесную точку притяжения между Западом и Россией, и в социальный эволюционный тупик. В этой точке равновесия она может висеть как угодно долго, помаленьку продолжая деградировать и вымирать, и доходя уже до совершенно палеолитического состояния.

Конечно, такая палеополитизация неизбежно будет усиливать дрйф в сторону ещё более палеолитической России.

Но, поскольку, ЕС не может допустить появления откровенно российского плацдарма в тылу Украины, да и Россия таком, слишком очевидном, и потому легко парируемом выигрыше не заинтересована, этот дрейф будут уравновешивать, причём, общими усилиями, Запада и Москвы.

Что-то изменить в молдавской ситуации может только очень серьёзное изменение конфигурации внешних сил, равновесно удерживающих Молдову в её нынешнем состоянии. Это может быть проигрыш войны Россией, или Украиной, глобальный кризис, затронувший ЕС и США, и значительно превосходящий по масштабам нынешний, падение крупного астероида, или пандемия, на порядок более смертоносная, чем пандемия COVID. Иными словами, только что-то по-настоящему масштабное. А так – нет, никаких изменений в Молдове не ждём. Для тех, кто тоскует по стабильности Молдова сегодня поистине идеальное место. Стабильность, конечно, так себе, и, опять же, с элементами деградации – но увы, ничего идеального в нашем мире нет.

Сергей Ильченко, заместитель главного редактора