Украине необходимо искать альтернативу Минскому формату

Сегодня, 18 декабря в Киеве прошел круглый стол на тему: «Минский формат» и как с ним работать», организованный Центром исследований проблем гражданского общества.

Открывая круглый стол директор Центра исследований проблем гражданского общества Виталий Кулик, обозначил мероприятие как  обсуждение доклада «Минские соглашения. Работа в рамках формата, вызовы и перспективы» и перспектив развития подходов Украины к  истолкованию Минских договоренностей на следующий год.

«Хотел бы обозначить, что, когда мы говорим про Минский формат, мы возлагаем ответственность за этот формат, во-первых, на тех людей, кто подписывал соглашения и фиксировал обязательства, —  на прошлую власть. Во-вторых, на то что, Минский формат, и политиками, и частью экспертного сообщества воспринимался как безальтернативный. То есть, все сложности переговорного процесса, все глухие углы диалога с Россией, с Европейским Союзом и с другими международными партнёрам являются последствиями того, что был создан миф про безальтернативность Минского формата и Минских соглашений. Эта безальтернативность чувствуется и в нашем диалоге с ООН, и в нашем диалоге с Европейским Союзом, и с другими международными организациями, а также с нашими партнерами в Трехсторонний контактной группе, и партнерами в нормандском формате», — заявил Кулик.

«Комплекс мер по выполнению Минских соглашений содержит целый ряд категорически невыгодных для украинской стороны формулировок – в качестве стороны-противника фигурируют «вооруженные формирования отдельных районов Донецкой и Луганской областей», а РФ лишь обязалась «использовать свое влияние на соответствующие стороны, чтобы способствовать выполнению Комплекса мер», — подчеркнул он.

По словам Кулика, Россия делает ставку в переговорах на буквальное прочтение удобных для себя пунктов Минска-2, акцентируя внимание на том, что, согласно документам, она является лишь посредником. В то же время украинская сторона пытается либо настаивать на безальтернативности Минского формата, толкуя его буквально, либо приписывать ему то, чего там априори нет. Между тем, по мнению Кулика, Украина должна взять на вооружение российский подход: если российская сторона апеллирует к букве соглашений, наша задача – интерпретировать эту букву выгодным себе образом, либо настаивать на буквальной реализации той их части, которая отвечает нашим интересам безопасности.

«С моей точки зрения, говорить, что в Украине настала пора для реализации любых вариантов или сценариев окончательного решения вопроса Донбасса в долгосрочной перспективе, стоит. Было бы правильно, если бы наш Президент и политический класс готовили общество к жизни в условиях войны, «мерцающего конфликта», конфликта низкой интенсивности. Это предполагало бы построение стратегий внутренней политики, безопасности, антитеррористической борьбы, иинформационной безопасности», — заявил Кулик.

Отвечая на вопрос нашего корреспондента: случайна ли оговорка Ангелы Меркель, сделанная в Париже, о том, что минские соглашения — не догма, Кулик заявил, что «эта оговорка не случайна, Меркель воспринимает Минские соглашения как промежуточный документ на пути к заключению договорённостей. Поэтому высказывание Меркель может стать отличным сигналом для Киева о том, что можно вносить изменения в Минские договорённости».

По мнению Руководителя проектов Центра исследований проблем гражданского общества Марии Кучеренко, ни на какой ввод миротворческих сил Украина рассчитывать не может, поскольку нет реального мирного договора, который способен привести к прекращению огня.

«На сегодняшний день нет даже намека на такой договор, а Минские соглашения не могут играть его роль. Минские соглашения могут быть лишь переходной рамкой, и только в тех вопросах, которые мы реально можем сегодня решить в ТКГ (Трехсторонний контактной группе, прим. Ред.)», — сказала Кучеренко, добавив, что «на данный момент в ТКГ могут обсуждаться насущные гуманитарные вопросы, но никакие политические решения там приниматься не могут, так как стороны конфликта не согласны с тем, как именно оформлены договоренности, на основании которых проходят эти встречи».

По мнению Кучеренко, планы урегулирования конфликта, о которых говорил министр иностранных дел Вадим Пристайко, не реализуемы.

«План А (выборы): на сегодня нет ни малейших оснований говорить, что реально провести выборы в 2020 году. Как бы этот процесс не форсировался – на сегодня нет никаких предпосылок.

План Б (начало миротворческой операции): для этого нужно согласовать работающий рамочный договор, который позволит на практике прекратить огонь, и только потом можно говорить о миротворческих миссиях.

План С (Стена): не существует такой стены, которая могла бы остановить террор. Россия не откажется от идеи дестабилизировать Украину, и если мы прекратим вести оборонительную войну на Донбассе, она окажется на улицах наших городов», — пояснила Кучеренко.

«Украинскому политикуму стоило бы честно сказать о том, что никаких возможностей прекратить конфликт в краткосрочной перспективе сегодня нет. Необходимо перестраивать экономику под долгосрочный конфликт – под оборонительную войну. Также необходимо на государственном уровне направлять усилия на работу с людьми, проживающими на Донбассе – показывать им, что будущее у них есть только в Украине, а квазигосударствам и России они не нужны», — считает Кучеренко.

По мнению директора Международного центра противодействия, российской пропаганде Юрия Кочевенко информационные усилия российской стороны направлены на то, чтобы обесценить обсуждение конфликта в украинском обществе и снизить его градус. «Ежедневные сводки об обстрелах и потерях являются наиболее чувствительной для общества информацией. Поэтому не удивительно, что именно она активно используется как инструмент влияния на общественное мнение. Манипулируя публикуемыми данными, замачивая одни и озвучивая другие, можно, в зависимости от задачи, как повышать, так и понижать градус общественного внимания», — считает Кочевенко.

«Сейчас нет перемирия, да его и не было никогда. Что такое перемирие? Перемирие, это: вижу врага не стреляю. Сейчас ситуация абсолютно противоположная —  да, сейчас отсутствуют активные боевые действия, но отсутствие активных боевых действий и перемирие это две разные вещи. Война продолжается, каждый день, каждую минуту могут быть погибшие. Общество должно про это помнить, и понимать это, а, значит, его необходимо не успокаивать, а реально информировать. Действия нашего руководства по понижению общественного внимания подозрительно резонируют с действиями врага. Враг заинтересован в снижении градуса конфликта, для того чтобы снизить давление со стороны международных партнёров. И наша власть тоже заинтересована в снижении градуса конфликта, чтобы демонстрировать определённые успехи в этом направлении, которых пока нет. И, к сожалению, я предполагаю, что и не будет, поскольку боевые действия практически не прекращаются. Соглашусь с коллегами в выводе о том, что нам необходимо избавиться от иллюзий, и быть готовыми к длительному противостоянию. Ценою этого противостояния будет наша страна и наше будущее», — заявил Кочевенко.

Профессор Киевского Университета им. Шевченко Тарас Кононенко обратил внимание на то, что все документы Минска не переведены на украинский язык. Это дает большую свободу маневра российской стороне — и одновременно ограничивает возможности украинской стороны в истолковании этих соглашений, а кроме того с самого начала задает неравноправие сторон позволяя России протаскивать свое видение проблемы и путей ее решения — или просто уводить дискуссию в тупик. Между тем, в столь сложных и тонких переговорах малейшие оттенки языковых смыслов могут приобретать важнейшее значение. Эту мысль развил в своем выступлении и обозреватель «ДС» Сергей Ильченко, отметивший, что статус Минский соглашений в свете отказа России от признания себя одной из сторон конфликта оставляет огромную свободу маневра для Украины, которой украинская сторона совершенно не пользуется. «Помимо того, что по поводу принципиальной исполнимости этих документов все еще не высказался Конституционный суд Украины, что само по себе удивительно, остается неясен также их статус, — сказал Ильченко. — Допустим, что Россия — не сторона конфликта, станем на минуту на московскую точку зрения. В этом случае конфликт развивается внутри Украины, а все участники Минских соглашений не более, чем советчики, чьи советы не могут носить для нас обязательного характера. Да, мы рады, что они пришли нам советовать, и хотят помочь нам решить проблему, мы их внимательно слушаем, но исполнять то, что они нам советуют, мы не обязаны, даже если в какой-то момент с этим и согласились. Весь этот конфликт — наше сугубо внутреннее дело, и если что-то из советов для нас оказалось неприемлемо мы вправе в любой момент передумать. А вот если Россия — сторона конфликта, то да, это повышает статус соглашений до уровня международного документа. Но это меняет и положение России, выводя ее в ту позицию, которой Кремль пытается избежать».

Эксперт по вопросам внешней политики и политики безопасности Алексей Куропятник обратил внимание на необходимость системного изучения целей, которые ставит перед собой Россия в конфликте на Донбассе, а также реальных причин войны, зачастую отличающихся от внешних поводов для ее начала. Куропятник напомнил, что системное ухудшение отношений между Россией и Украиной началось с 2007 года, а еще раньше, в 2003, Россия предъявила претензии на остров Тузла.  Он также обратил внимание на необходимость анализа ошибок, допущенных ранее украинской стороной по причине непонимания намерений России.

Военный эксперт Олег Жданов поднял вопрос о необходимости ясного понимания того, кто является стороной конфликта на Донбассе. «Мы живем в мире иллюзий, — заявил он. — Мы говорим, что у нас война — но не отвечаем на главный вопрос — с кем. Мы говорим боевики, не набираясь смелости сказать, что это  8 Полевая армия из состава Южного Военного округа войск РФ».  Жданов также указал на невозможность отвода российских войск, что обусловит односторонний характер разведения. Российские войска не отойдут, поскольку на занимаемых ими позициях фактически выстроен мощный укрепрайон.  Более того, заняв позиции в Золотом, которые раньше занимали ВСУ, россияне поспешно строят там новые укрепления, в связи с чем не пускают туда сотрудников миссии ОБСЕ.

Подводя итог дискуссии Виталий Кулик подчеркнул важность отделения от процесса урегулирования электоральной логики и интересов политических сил. Он также отметил важность широкого, правдивого и всестороннего, без купюр и умолчаний, информирования общества, как внутри Украины, так и в мире в целом, о реальном состоянии дел на Донбассе и в переговорном процессе.

Николай Ильченко

,

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

UkrNET - поисково-информационный ресурс