Кто на смерть смотрит прямо — того пулей не взять

Не будем погружаться в научную семантику «миротворчества», а так же концепцию «консолидации» как феномена на котором спекулируют множество экономистов и которым манипулируют множество политиков, и которым успешно пользуются множество бизнесменов, зачастую (и как правило) в узких, корпоративных, если не сказать, в эгоистичных и личных целях.

Но особенно любопытно, что накануне необъявленной и полупризнанной  в самой Украине войны (как глупо бы это ни звучало), проблема консолидации общества остро поднималась именно в "центральной нервной системе" страны-агрессора. В России вопрос консолидации поднимался на государственном уровне, социальная функция которого заключена в самой его государственной природе.

Собрав воедино куски социальных «сгустков», течений, движений, в виде военизированных, реконструкторских, идеологических, националистических, откровенно фашистских, тоталитарных, коммунистических, полукриминальных и откровенно криминальных и других «гражданских обществ», абсорбировавших активных людей на местах своего функционирования, вся эта масса вдруг (?) обрушилась на «сбрендившего» соседа в лице малахольных и второсортных «каклов», «укропов», «укров» и «бандеровцев».

«Вдруг» — в данном случае лексический маркер обозначающий государственный механизм схожий со спусковым крючком. Это хитрое приспособление через плечевые соединения рычагов и противовесов, сконцентрировавшее и приведшее в «единовекторность» и концептуальность всю разношерстную публику, более подвижную чем масса обывателей, пацифистов, писак и прочей бизнес- , интеллектуальной, виртуальной и семейной интеллигенции, растворившейся в маргинальных карманах коррупционной матрицы РФ.

Отдадим должное — это «пушечное мясо», на самом деле ударная сила и ядро российской «нации». Не столь обремененное моральным цензом и общечеловеческим ценностным навигатором, оно «глухо» отозвалось эмоцией «мужества» и «доблести», адреналином работающих мышц и бегущей энергии серого вещества по суставам и связкам, которая отдирает доски палубы попавшего под пиратский абордаж беспечного фрегата, имевшего «неосторожность» повернуться кормой к их капитану.

Лихость помноженная на государственную протекцию - схема позднего социализма, концептуального военного коммунизма, махрового капитализма, колониального империализма, ранних республик и ядрёного монархизма, высшей ценностью коих всегда был грабеж — благородное дело «джентльменов удачи».

Но удивляют больше взрослые люди на борту потерпевшего нападение фрегата, беспечные, как пассажиры «Титаника», чей капитан и экипаж «матерый» как ныряльщики с острова Пасхи привыкшие отбиваться от акул голыми руками хватая их за ноздри и вытягивая одним движением на дно выдолбленного из дерева каноэ.

Они хотят прекратить войну поворачиваясь к ней задом, вместо того чтоб подготовить пассажиров фрегата к выживанию в шторм в открытом океане войны. Малодушие или непонимание этого или, что еще хуже, некомпетентность помноженная на потерянное чувство опасности (по сути представляющее ноль) губит тающие шансы на достойный и эффективный отпор.

Все как один граждане государства вдруг (!), в один миг, превратив свои гражданские орудия в военные, превращаются в армию, силу, столь неожиданную для агрессора, что все ее потери до этого окажутся лишь поводом для пересмотра прежних границ государственности.

И возможность эта всегда пребывает в феномене КОНСОЛИДАЦИИ ОБЩЕСТВА, даже когда казалось бы уже все потеряно в военном, экономическом, научном или других смыслах национальной государственности.

Константин Борисов


В тему:

,
UkrNET - поисково-информационный ресурс